Победительница комплексов и драконов (СИ)

Я понимаю, какое на вас опять свалилось потрясение. Но ничего! Скоро вы поплачете, как обычно, да и заживем по-старому, — «утешила» Радмила меня…

Или себя?..

Я стянула платье, сорочку, белье и перекинула ногу через бортик каменной лохани.

— Холодная. Покажи, как сделать теплее, — попросила и добавила: — А как раньше уже ничего не будет. Я сегодня будто от долгого сна очнулась.

— Нагреватели надо бы экономить, — проворчала служанка и покрутила кругляш, торчащий из стены над краном. Вода сразу стала теплее.

— Мы скоро будем зарабатывать нормальные деньги.

А кто в меня не верит и будет отговаривать — отправится искать себе новый дом, — как бы между прочим бросила я.

— Да вы не так поняли, госпожа моя! Разве же я отговариваю? Я просто показываю, что на вашей стороне, и совсем не стану вас осуждать, если вы завтра передумаете. Я же видела, что вы пережили. Родители погибли на ваших глазах, вы сами чудом уцелели. Неделю в себя не приходили, а потом еще две, когда узнали, что остались с сестрой сиротами.

А потом от тетки письмо получили, что ей нет до вас никакого дела — у самой хозяйство и куча дочерей, и снова слегли на неделю. А теперь опять такой кошмар! Вы, наверное, пока не в себе, вот и придумываете всякое.

М-да, Элису можно только пожалеть. Восемнадцать лет девушка росла нежным цветочком за спиной отца и матери, ничего не умела и не собиралась уметь, а тут столько всего навалилось, включая малолетнюю сестру, вот она и сломалась.

— Знаешь, Радмила, я почему-то совсем не помню, как мы раньше жили.

Какой я была, какими были родители, наш дом и планы. Словно стерлось всё, — закинула я удочку и, разглядывая пухлые белые ноги Эли, попросила: — Ты спину мне потри, а дальше я сама.

Ноги оказались ровные, а главное, молодая кожа осталась упругой и эластичной. Растяжек я не нашла. Видимо, все же экология и домашние без всяких ГМО и добавок продукты делали свое дело и помогали организму справляться с таким колоссальным увеличением размера.

— Хорошо вы жили, госпожа, — вздохнув, принялась тереть мне спину Радмила, — стройной были, любили красивые платья, драгоценности и кататься на лошади.

Бродить по горам и читать книги. Сестру любили и родителей. А людей и шум не любили никогда. Даже уговорили родителей отложить выезд на сезон до следующего года. Так и не поехали никуда.

Картина вырисовывалась совершенно понятная, но характер Элисы Арицкой мне никаким боком не подходил. Я и на более юную и худую Эли никак не тянула.