По следу Черта

Они ему не нравились: нервные, взвинченные, агрессивные. Но такое состояние имело вполне понятное объяснение: когда рискуешь своей жизнью и обрываешь чужие, это не проходит бесследно.

* * *На гения желтой прессы, самого скандального журналиста Москвы Михаила Кулагина, Волка вывела пресс-секретарь Шнитмана Алла Котенко.

В лучших традициях бульварных детективов они встретились вечером, в скверике на Чистых прудах. Репортер «Вечерних новостей», охотник на крупную дичь, оказался довольно молодым, но заметно лысеющим человеком среднего роста, явно склонным к полноте.

Сидя рядом с Волком на холодной скамейке и постоянно осматривая пустынную аллею, журналист ерзал, покашливал, потирал руки и щелкал кнопками диктофона. У него были явно не в порядке нервы.

— Как мне вас называть? — спросил он. — Вы же не скажете свое настоящее имя?

Глупый вопрос!

— Называйте Василием, — предложил Волк. — Имя ничуть не хуже других!

— Хорошо, Василий. Насколько откровенно вы собираетесь рассказать свою историю?

— А насколько щедрым собирается быть ваше издание? — в свою очередь спросил Волк.

Материальная заинтересованность — самая понятная мотивация в любом деле. Ею легко замаскировать любые другие цели.

Такую постановку вопроса Кулагин посчитал вполне справедливой и даже оживился.

— Обычно мы поступаем так. Даем пробный заброс темы и смотрим на результат. А потом печатаем материал частями, из номера в номер. За каждую публикацию вы получите от трехсот до пятисот долларов.

— Что ж, неплохо, — многозначительно произнес Волк.

— Хорошо, начинайте!

Клавиша щелкнула в очередной раз, и на диктофоне загорелась красная лампочка записи.

— По сообщениям печати, недавно в одной африканской стране произошла народно-освободительная революция, прежний Президент низвергнут, осужден народным трибуналом и расстрелян, — медленно, подбирая слова, начал Волк. — Это вранье! Никакой революции не было.