Любовь и ненависть в Ровердорме

Подруга ненавидела мою родню так же сильно – нет, подозреваю, даже сильнее, чем я!

Оставалось надеяться, что Нэнс расскажет правду – о том, что во всех наших бедах виновата тетя Азалия, а дядя Персиваль всего лишь тихий алкоголик, полностью подчиненный властной женой.

В какой-то момент я вновь попыталась вырваться из объятий сна. Хотела обо всем поведать сама, раз уж зашел такой разговор, но карета так мягко покачивалась, что меня снова унесло в далекий мир сновидений.

Точно так же, как в неведомые дали уносили мою сестру волки…

– Лиззи! – подскочила я.

– Спите уже, Мира! – улыбнулся Тайлор Бартон. – Вот так, ложитесь на подушку, а я вас укрою… С вашей сестрой все в полном порядке. Шоун заверил меня, что Лиззи давно уже дожидается вас дома. Судя по всему, местные анимаги могут общаться мысленно, а он у них что-то вроде главаря, так что он в курсе происходящего.

Неожиданно я вспомнила, как Лиззи на ярморочной площади заявила, что она понимает волков без слов. Кивнула, немного успокоившись.

К тому же Тайлор добавил:

– У меня не было ни единой возможности усомниться в правоте Шоуна, так что беспокоиться вам не стоит.

И я решила не беспокоиться. Снова заснула – но на этот раз провалилась в мир сновидений настолько глубоко, что не слышала, как мы доехали до дома, и не прочувствовала, как меня перенесли в кровать.

Открыла глаза я уже на следующий день, в своей постели.

«Со мной все в порядке! Я немного погуляю с Томми, а потом вернусь.

Люблю тебя, Лиззи».

Не удержавшись, я улыбнулась.

Сестра заговорила – это настоящее чудо! И еще, кажется, Лиззи смогла принять себя и нашу новую жизнь такими, какие они есть. Не только это – ее отношение ко мне изменилось в лучшую сторону.

Еще немного понежившись в постели, я сладко потянулась. Пусть резерв так и не восстановился и я чувствовала себя опустошенной, но со мной все было в порядке, не считая того, что я снова… Ну да, я снова проспала все на свете!

Поднявшись с кровати и покачиваясь от слабости, я добрела до окна и отодвинула шторы, в очередной раз пожалев, что не знаю точного времени.