Любовь и ненависть в Ровердорме

Прибывшие лекари настаивали на том, что мне нужно лечение и присмотр, но как раз в тот момент я очнулась и принялась так сильно протестовать, что герцог надо мной сжалился. Правда, с одним условием – заявил, что лично отвезет меня домой, после чего станет внимательно следить за моим здоровьем, о котором ему будет сообщать приставленный ко мне лекарь.

Я согласилась на лекаря и на личную заботу милорда герцога – все лучше, чем оставаться в незнакомом мне месте!.."

"И вообще, сказала ему и остальным, все еще находясь на руках у Тайлора Бартона, – со мной все в полном порядке, так что я не понимаю поднявшуюся вокруг меня суету.

К тому же герцог Кавингтон вполне может поставить меня на землю – я не собираюсь падать в обморок. У меня хватит сил на то, чтобы передвигаться самостоятельно.

Но он не стал этого делать, и я втайне была ему за это благодарна.

Потому что соврала – со мной все было далеко не в порядке. Именно поэтому почти всю дорогу до дома я проспала, устроившись на бархатной подушечке, заботливо подложенной мне под голову герцогом, и укрытая его плащом.

Тайлор Бартон и Нэнси вели негромкие разговоры, тогда как из меня вышла так себе собеседница.

Но иногда я просыпалась.

Первый раз я сделала это, заслышав в их разговоре слова «пари» и «спор». Но сон оказался сильнее меня и не собирался выпускать из своих объятий.

– Спите, Мира! – услышала я мягкий голос герцога, и он поправил сползший с моего плеча плащ. – Сейчас это для вас самое лучшее лекарство.

На мою руку снова легла его уверенная ладонь, из которой полилось тепло целительской магии.

– Именно так! – поддакнула Нэнс. – Мире обязательно нужно учиться, и нет лучшего места для этого, чем Академия Магии Триерса. Но столичные Уилсоны…

Я засобиралась протестовать, попросить у подруги ничего не рассказывать герцогу о моих бедах.

Но сон выкрал меня из этого мира, унес за собой туда, где не было никаких забот.

Правда, последняя моя мысль была о том, что Нэнси обязательно воспользуется возможностью и все же расскажет Тайлору, что именно сотворили со мной и Лиззи мои родственники.