Пленница для двоих

Наблюдать за её возбуждением, как девушку кроет. Как быстро до финала доходит, содрогаясь. Ласковая такая, когда тяжело дышит и губы кусает.

За десять лет должен был уже наебаться. Но ничего такого. Кроет от её вида, словно на наркоту подсел. Личная доза нужна, в виде жарких поцелуев и пальцев на груди.

— Быстрее, — всхлипывает так откровенно, что член только сильнее крепнет. И я даю ей желанное, на пару с Михой. — Да.

Да, лапочка, да.

— В порядке?

Друг, как слон, на кровать заваливается. Матрас пружинит едва, пока Тиса на мне лежит.

— Угу.

— Угу? — передразниваю, целуя надутые губы. — В душ надо, Тис. А после спуститься к остальным.

— Да забей, там пацан Клыка за всеми присматривает. Остальные, думаю, как и мы, по спальням разбрелись.

— Господи, бедный Алек. После такого он точно детей не захочет.

— Думаю, лапочка, в пятнадцать рано о детях думать.

— Всё равно. Ладно, собираемся и пойдём в низ.

Хер знает за коим чертом поперлись к океану праздновать.

Тепло, хорошо, но всё равно дырой кажется. Не представляю, как тут можно круглый год жить. Подохну от тоски быстрее, чем сезон пройдёт.

— Пап! — пятилетний Марк запрыгивает с разбегу, даже не сомневаясь, что подхвачу. — А как дед Мороз нас найдёт если мы уехали?

— Мама ему записку оставила.

Миха по волосам малого трепет, направляясь к бару. Никакого, мать его, алкоголя, пока дети не уснут.

— Точно оставила?

— Точно. Ты как, ещё не тронулся? — к Алеку обращаюсь, который старше всех на этом сборище среди детей. Следующая Ксюша, дочь Зверя, которой девять исполнилось. — Остальные разбрелись?

— Вы то шустрые, а остальные… Хотя шустрые это, наверное, не очень хорошо.

— Пацан, за языком следи.

— Пока я ваш бесплатный нянь — не-а.

Ребёнок ещё. Едва язык не показывает, подтрунивая. Я в его возрасте уже на отца работал, выгрызал всё, что тому нужно было.

Постепенно остальные подтягиваются. Занимают огромную гостиную. Тиса организовывала выбор жилья и знатно меня поэксплуатировала, заставляя каждый вариант обсуждать. Но этот неплох. Диваны большие, много их. Дети на полу что-то строят, кто постарше — по дому гоняют.

Шумно, но хорошо.