Пигалица

Зачем он это делает? Пытается меня успокоить или…

Опускаю взгляд вниз, и вижу, как постепенно член его наливается кровью. Он не насытился.

- Пососи мне, - проговаривает он хрипло.

По ногам проходит теплая вибрация, колени превращаются в мякиш. Положив руки на плечи Дена, я целую его в шею, втягиваю кожу с намерением оставить засос. Пусть носит его вместо обручального кольца.

Веду языком по ключицам, под его глухой стон прикусываю скукожившиеся соски, целую пресс и встаю на колени.

Полностью эрегированный член угрожающе покачивается на уровне моего лица.

Даю себе несколько секунд, чтобы полюбоваться им и буру в руку у основания. Рот моментально наполняется слюной. Сглотнув, вбираю в рот темно-розовую головку, она увеличивается еще больше.

- Зубки спрячь, - слышу сверху.

Открываю рот шире и, расслабив горло, как он меня учил, насаживаюсь на член до упора.

- Не торопись… на выходе обхвати сильнее губами и языком.

Ничего сложного, если послушно выполнять все указания учителя. Стараюсь изо всех сил, ускоряю темп, давлю языком на уздечку.

Ден не может сдержать стонов, опускает руки на мою голову и начинает сам контролировать глубину погружения и интенсивность толчков.

- Я хочу кончить тебе в рот, маленькая, - сипит Ден, - хочу, чтобы ты все проглотила.

Хочет, значит, сделаю. Он это заслужил. Дышу носом все чаще, напрягая губы до онемения, беру глубоко до боли в горле.

Вдруг давление его пальцев на моей голове усиливается, Денис делает последний рывок бедрами и уже в следующую секунду мой рот наполняется горячей вязкой жидкостью.

Мамочки…

- Глотай, Эля!

Сильно зажмурившись, делая глоток, затем второй. Не смертельно. Дианка говорила, что ее стошнило в первый раз. Меня даже не тошнит.

- Оближи его, - следует приказ.

- Да, мой господин, - глядя в его глаза, проговариваю кротко.

Порочные губы растягивает оскал.

- Мне нравится, когда ты такая послушная, рыбка.

Поднимает меня с колен, умывает лицо и, поцеловав в губы, вытаскивает из душа.

- Вещи завтра утром разберешь, - говорит, заворачивая меня в полотенце, - и завязывай каждый раз своими чемоданами манипулировать мной.

Притворившись смертельно уставшей и буквально засыпающей на ходу, я, сгорая от стыда, молчу.

Даже не раздеваясь, голышом ныряю под одеяло. Ден, покурив в лоджии, приходит и ложится рядом.

Знаю, что он не любит, когда я складываю на него руки и ноги, но удержаться не могу, тихонечко придвинувшись, прижимаюсь к боку и утыкаюсь носом ему в подмышку.