Пигалица

А вот это совсем не обязательно.

- Хорошо, конечно, - тем не менее, расплываюсь в улыбке.

После ужина, пока Ден принимает душ, я быстренько убираю со стола и иду выбирать фильм для совместного просмотра.

Идеальный вечер идеальной пары.

Обложив себя подушками, щелкаю пультом, пока не останавливаю свой выбор на новой американской комедии.

Услышав шаги босых ног, я отрываю взгляд от большого экрана и, забыв как дышать, залипаю на фигуре Дена.

Матерь Божья… Я когда-нибудь смогу поверить в то, что это не сон?..

У моего сердца словно канареечные крылья отросли.

- Комедию… я выбрала, - с трудом отодрав присохший к небу язык, проговариваю невнятно.

Из одежды на нем только низко сидящие трико и полотенце на шее. Он вытирает голову, от чего мышцы груди и плеч завораживающе перекатываются под кожей, точным броском кидает в кресло влажное полотенце и падает рядом со мной, погружая меня в аромат геля для душа и горячей кожи.

- Включай.

Тыкаю в кнопку на пульте и придвигаюсь к нему ближе. Ден обнимает мои плечи рукой и легонько дергает локон волос. Специально не стала их в хвост собирать. Как выяснилось, он к ним весьма неравнодушен. Любит, когда они распущены. Постоянно трогает их и нюхает.

Я же прижимаюсь щекой к его боку и изо всех сил пытаюсь вникнуть в сюжет фильма. Он о домохозяйке, муж которой имеет бесчисленное количество любовниц и который не подозревает, что она сдружилась с каждой из них.

Неплохо, хотя рядом с Деном я даже «Парламентский час» готова смотреть.

Спустя минут двадцать просмотра его палец как бы невзначай спускает с плеча бретельку майки.

Как тогда, четыре года назад… Интересно, он помнит тот случай? Ведь получается, он уже тогда был неравнодушен ко мне.

Притаившись, я жду его дальнейших действий. И они не заставляют себя ждать. Пробежав по плечу, большой палец перемещается на грудь, обводит сосок через тонкую ткань, играет с ним, пока он, несчастный, не превращается в пучок оголенных нервов.

Я молчу. Тупо пялюсь в экран, вижу, как оголтелые тетки носятся по дому, как шевелятся их губы, как убегает через окно от них какой-то мужик, и ничерта не слышу и не понимаю.

Мое тело нагревается и в одночасье превращается в кусок мягкой глины. Щипок за сосок выбивает из горла короткий стон. Немного отстранившись, я сама спускаю вторую бретельку и стягиваю маечку на пояс.