Песец всегда прав

Вводная та же: идете спать, утром никуда не выходите до моего появления. Если кто-то будет ломиться и требовать открыть — звоните мне и, опять же ждете моего прихода. Усекли? Тебя, Песцов, это тоже касается.

— За меня Богданов отвечает.

— Черта с два он за кого-то может отвечать, кроме совсем мелких детишек. Не по плечу ему эта роль, понял? Так что слушаешь меня — и будет тебе счастье.

С определением Богданова вояка был полностью прав — тот даже не появился, когда узнал о визите полиции. Похоже, его полностью устраивало подчинение представителю военного училища.

Непонятно только, зачем он вообще поехал. Без него было бы куда проще. А толку от него действительно мало: пока не пнешь — своими прямыми обязанностями не займется.

Утром мы честно отсидели в номере до прихода Евгения Петровича и вместе с ним отправились на завтрак. Защиту в этот раз никто не пытался проверить на прочность. Да и смысл повторять провалившуюся тактику? Позавтракали мы спокойно, а потом так же спокойно отправились на соревнования.

Богданов в этот раз к нам присоединился, и не сказать чтобы он хоть немного стыдился своего поведения. Все, что присутствовало в его эмоциях, — страх. Он бы с радостью вообще свалил все обязанности на военного и слинял. В чем-то я его понимал — его учеником я не был, поэтому тренеру не хотелось принимать ни незаслуженных похвал, ни незаслуженных проблем. Увы, вариантов для него не было.

У входа в здание пришлось подождать Зимина. Без него я отказался даже близко подходить к проверяющим целителям.

Да и с ним, прежде чем отправиться на проверку, включил телефон на запись. Но сам вид Зимина значительно остудил желание проверяющих найти у нас что-то неправильное. Хотя и хотели. Особенно у меня. Парней тоже проверили по полной, но меня изучали так, как будто просматривали каждую клеточку, желая найти в ней хоть что-то, к чему можно прицепиться. Пару раз целитель порывался что-то вякнуть, но натыкался на непоколебимую уверенность Зимина в том, что со мной все в порядке, и сразу давал заднюю. Все же иметь в группе поддержки столь маститого целителя — очень серьезное подспорье. Единственное, что у меня потребовали: снимать на поединки куртку. Справедливое требование, поскольку на этих соревнованиях собственные артефакты запрещались, использовались только выдаваемые организаторами: эти артефакты имели функции защиты и регистрации повреждений, которые случились бы, не будь на бойце артефакта.

— Неужели прошли? — проворчал Евгений Петрович.