Песец всегда прав

Также я выставил в башне один из гостиничных комплектов, в котором оказалась мебель для спальни и личной гостиной. Небольшой, конечно, но я приемы устраивать не собирался. В целом, внутри этой башни вид получился относительно жилой — хоть сейчас оставайся на ночь, а работающие бытовые артефакты позволяли надеяться, что все так и будет дальше.

Кстати о бытовых артефактах. Встреча с главой рода Соколовых прошла прекрасно. Он оказался весьма увлеченным своим делом человеком и цену за покрытие предложил хорошую.

Правда, сначала предложил расплачиваться бытовыми артефактами собственного изготовления. Другой бы на моем месте за это предложение ухватился сразу: соколовские артефакты славились качеством, а отдавал он их по себестоимости. Но у меня необходимости в бытовых артефактах не было, поэтому мы сговорились на деньги и разошлись довольные друг другом. Причем на прощание он отвесил комплимент моему артефакту — мол, сделан прекрасно, недостатков нет.

Составлю ли я ему конкуренцию когда-нибудь? Вряд ли: делать из этого занятия конвейер я не видел смысла, скорее всего, как и создатель Песца, буду заниматься тем, что интересно, но для этого следовало сначала развить артефакторику до нужного уровня.

Пока до артефакторики руки не доходили: я занимался жилетами и вскрытием сейфов. Точнее, одного вполне конкретного сейфа — второго военного. К родовым сейфам Песец посоветовал пока не лезть, а к сейфу рода проклятийников — вообще лезть в последнюю очередь, потому что там могла сохраниться защита, несовместимая с жизнью открывающего сейф.

Он предложил сначала набраться опыта по выставлению защиты и открыванию сейфов, а уже потом заниматься столь рискованным мероприятием.

В результате жилеты я доделал и отдал Шелагину и Грекову, а вот с сейфом намертво завис. Даже удивлялся, что удалось первый вскрыть так легко — наверное, часть заклинаний с него попросту слетела за тысячелетия хранения в земле. Требовались тренировки на чем-то попроще — например, на еще одном живетьевском сейфе.

Том, что в питомнике. На время соревнований я решил туда все же не лезть, потому что мог перенапрячься, туда прорываясь, и это отразилось бы на поединках. Рисковать я права не имел: мой проигрыш — тень не только на меня, но и на Шелагиных, которых сразу обвинят в подтасовке результатов на соревнованиях княжества."

"Но вот после окончания соревнований нужно будет пройтись по всем местам, где Живетьева может хранить что-то важное, и проверить сейфы.