Песец всегда прав

Были бы шансы — не раздумывая завалил бы.

— Я тоже, — признал я.

— Вот, бери пример с сына. Он точно не собирается ничего и никому прощать.

Шелагин недовольно зыркнул на Грекова и решил перевести разговор на тему понейтральней:

— Вы в хранилище вещей Древних не передумали сегодня идти?

— Разумеется, нет, — ответил Олег, я даже рта не успел открыть. — Это же отдых чистой воды, правда, Илья?

— Правда, — согласился я. Со скамейки я встал и спортивную сумку поднял. На сегодня точно все. — Я в душ.

А потом — хоть на край света.

— Так и мы с тобой, — заявил Греков.

Душ, по мнению Песца, здесь был уже современный, но наверняка была возможность использовать и древний вариант, просто к этому времени благополучно забылось как это делать. Но особой необходимости в этом не было: меня устраивал и современный вариант. Я не Олег, от отсутствия дополнительных удобств страдать не буду.

Олег от современного душа в Полигоне тоже не стал увиливать, как и Шелагин с Грековым. Всё же мы прилично все выложились на тренировке и хорошо пропотели.

Просто возможности у всех разные, возраст опять же. Конечно, что Шелагину, что Грекову до дряхлости еще далеко, но и моей выносливости у них тоже нет.

Когда уже расселись по машинам, причем Олег чуть ли не приплясывал от радости, что попадет в святую святых, внезапно позвонил Федя.

— Привет. Правда, что ты помолвку заключил с княжной?

Вопрос мне не понравился. Не для того я консультировался со Степаном, чтобы он понес эту информацию дальше.

Кажется, юриста нужно срочно менять. Но ругаться не стал, просто уточнил:

— Тебе Степан сказал?

— Степан? Ты у него договор заказывал, что ли? Нет, он такие вещи не разглашает. Агеев сказал Дашке, а она — мне.

Осталось только, чтобы Зырянов показал-таки дочери видео со мной и Грабиной… Я уже начал жалеть, что между мной и целительницей ничего не случилось — все равно огребаю как за полноценный секс, так хоть бы узнал, что это.

— Агеев-то откуда узнал?

— У них связи какие-то в канцелярии.

Все, что имеет отношение к нашему княжеству, они узнаю́т чуть ли не первыми. Выходит, правда? А я Дашке ответил, что уж нам бы ты точно рассказал.

— Федь, не о чем там рассказывать. Во-первых, там договор не о помолвке, а о намерениях, а во-вторых, он был нужен не для того, чтобы застолбить перспективную невесту. Там расторжение через три года прописано.

— То есть помолвка фиктивная?

— По факту — да.