Кровь на клинке

Эту операцию требуется провернуть без сучка, без задоринки, чтобы все в округе поняли, что шутить с контрразведкой себе дороже. А самое главное, после выкупа купеческой семьи требовалось показательно наказать виновных в покушении. Чтобы другим неповадно было. Осталось решить, как это сделать. Наилучшим вариантом было бы при этом еще и деньги вернуть, но тут уж как получится. Но самое главное, за такое нападение должен ответить весь клан.

История с уничтожением тропы заметно отрезвила горячие головы многим непримиримым, но, похоже, они решили, что случившееся вдалеке от города никак местную власть не заинтересует.

От раздумий Руслана отвлек вернувшийся со службы Рязанов. Войдя в кабинет, он устало поздоровался и, присев к столу, принялся рассказывать последние новости, касавшиеся дел службы. Внимательно выслушав его, Руслан кивнул и в свою очередь поведал о возникшей неприятности.

– Это что же получается? Ставропольские ушами прохлопали, а нам теперь подтирать за ними? – мрачно спросил граф, внимательно выслушав рассказ.

– Выходит так, – вздохнул Шатун.

– И ведь не откажешь, – мрачно кивнул Рязанов. – Что делать собираешься?

– Наказывать. Семью вытащим, и их накажем. Громко, показательно. Так, чтобы надолго запомнили, – зловеще пообещал Руслан.

– Только не говори, что хочешь весь клан вырезать, – охнул граф.

– Я ж не зверь, – отмахнулся Руслан.

– И как ты собираешься такое провернуть? – иронично поинтересовался граф. – Не забывай, что твое присутствие это не только гарантия, что горцы вернут семью, но и гарантия им, что они уйдут с места встречи с деньгами. В противном случае они всех схваченных убивать станут.

– Деньги они получат и с ними уйдут. А вот что с ними после станется, не моя забота, – ехидно усмехнулся Шатун.

– А с торговцем тем что делать станем? Думаешь, лазутчик непримиримых?

– Пока не знаю, – пожал Руслан плечами. – Вот завтра поговорю с ним, а там посмотрим. В любом случае это дело нужно прекращать. Хотят непримиримые торговать, пусть приходят в долину без оружия. Точнее, оружие при себе пусть имеют, только белое.