Кровь на клинке

Воспользовавшись растерянностью противника, Шатун взял на прицел одного из отставших бандитов и плавно спустил курок. Заметив, как один из бандитов принялся раздавать приказы, Руслан, не раздумывая, всадил ему пулю в бедро и, поднявшись во весь рост, принялся опустошать магазин.

Второй залп оставил в живых только двоих разбойников, которых тут же достал следопыт. Казаки принялись выскакивать из фургонов, прикрывая друг друга, а Шатун, закинув винтовку за спину, скомандовал:

– Того, в белой папахе, живьем брать.

Выпавший из седла раненый бандит, глухо ругаясь, попытался вытащить из-за пояса капсюльный пистолет, но подбежавший Роман пинком выбил у него оружие и, добавив сапогом по роже, ловко перевернул бандита на живот. Связав ему руки за спиной, следопыт тщательно обыскал пленника и, перетянув ему раненое бедро, с кровожадной ухмылкой посоветовал:

– Вздумаешь баловать, и второе копыто прострелю.

Казаки быстро обыскивали тела, выискивая еще живых. В итоге пленных набралось еще трое. Все тяжело раненные, но при должном уходе могли и выжить.

Присев над раненой троицей, Руслан обвел их задумчивым взглядом и, покосившись на кое-как наложенные повязки, спросил:

– Будете каяться, или еще ремней из спин нарезать?

– А ежели покаемся, лечить станешь? – поинтересовался один из бандитов.

К своему огромному удивлению, Шатун услышал в его голосе мрачную иронию.

– Могу и вылечить, – пожал он плечами. – Тогда под суд пойдете, но для этого вам еще меня убедить надо, что вы мне правду сказали.

– Тогда лучше сразу добей, – скривился в ответ говорун. – Все одно не жить нам теперь. И на каторге достанут.

– Ну, каторгу и удар милосердный еще заслужить надо, – хмыкнул Руслан в ответ. – А говорить вы все одно станете. Или в муках подыхать будете. Думайте.

Поднявшись, он отошел к каравану и, жестом подозвав к себе перепуганного купца, не здороваясь, спросил:

– Ваши все целы?

– Слава богу, – истово закивал купец, широко, крестясь.

– Сказал же, делайте, как сказано, и обойдется, – фыркнул Руслан в ответ. – Ну, раз обошлось, тогда дальше езжайте. Теперь у нас свои дела будут. Вас это не касается.

– Спаси Христос, ваше сиятельство, – поклонился купец, и возчики, крестясь, принялись кланяться и благодарить следом.