Кровь на клинке

"

"– Чего не видишь? – переспросил Роман, возвращаясь к наблюдению за караваном и заставой, от которой снова кто-то отъезжал.

– Приборы все эти оптические, и коротко их оптикой называют. У тебя есть чего интересного?

– Непонятно, – задумчиво буркнул следопыт. – Кто-то на жердине белой тряпкой машет, словно голубей гоняет.

– А голуби в небе есть? – быстро уточнил Шатун.

– Нет.

– Ага, зашевелились. Это, друг ситный, тот самый сигнал, который мы угадать хотели, – хищно усмехнулся Шатун, глядя, как всадники развернули коней и скрылись за гребнем холма.

– Так что? Уходим? – повернулся к нему следопыт.

– Да, пора. В виду города они нападать не станут. А вот дальше, в степи, придется глаза на затылке отрастить, чтобы вовремя их приметить.

Обойдя поле по широкой дуге, бойцы вернулись к дороге и двинулись вдоль нее, по очереди оглядывая степь в оптику. Солнце уже начало припекать, и, если бы не легкий ветерок, гнавший по ковылю настоящую морскую рябь, они бы уже сварились в своих накидках. Пропустив караван, перешедший на шаг, мимо, бойцы отодвинулись от дороги и зашагали следом, выдерживая расстояние примерно в сотню шагов.

Часа через два, когда поля окончательно сменились степными просторами, а караван перевалил через очередной холм, Роман, оглядывавший подступы к дороге в трубу, тихо доложил:

– Шатун, справа. С версту до них.

– Похоже, дождались. Ходу, – скомандовал Руслан.

Бойцы пригнулись и, держа винтовки в руках, побежали вперед, пытаясь оказаться поближе к каравану.

Стреляли они больше для острастки. Пули поднимали пылевые фонтанчики на дороге, пугали коней, но никто из гражданских пока не пострадал. Помня указания Руслана, все караванщики полезли под телеги, укладываясь так, чтобы понесшие вдруг лошади никого не зашибли.

Нестройный залп вынес из седел сразу половину банды. Разбойники растерялись, не сразу сообразив, кто и откуда стреляет. Ветер сразу относил дым от выстрелов в сторону, поэтому угадать, стреляли с фургона или из-под него, было сложно.