Пером и шпагой. Битва железных канцлеров

 – Куда же мне отпустить тебя? О детях-то подумала? Или ты кошка какая… родила, и хвост трубой?

Ответ Екатерины был продуман заранее:

– Мои дети – в ваших руках, и вы им лучше родной матери!

Это тронуло жалостливую императрицу:

– Чем же ты жить будешь у своих немцев? Чай, и сами по чужим дворам побираются, кускам рады-радешеньки… Батюшка, даром что прынц, а едва до генерал-майора по службе вытянул. Да я таких генералов на един свой день по десятку пеку.

– Проживу-у, – тонко завывала Екатерина. – Чем ранее жила, тем и ныне жить стану…"

"– Подумай! Мать-то твоя в Париже, сама ведаешь, в бегах от мужа с любовником объявилась.

Елизавета велела ей подняться, и в одной из ваз Екатерина заметила свернутые в трубку письма – свои письма! Громадным усилием сдержала себя, чтобы не вскочить и не бежать, бежать, бежать – прямо по снегу, пока не останется за спиной страшная Россия…

«Какие это письма? Те или не те?»

Елизавета тем временем скрылась за ширмами, беседовала со своим племянником.

– Она упряма и зла… Я не могу видеть ее!

И тогда Екатерина, вся покраснев от натуги, закричала о несправедливости. Она кричала о загубленной юности. О горьком материнстве без детей, которых только рожала, но никогда их не видела. Елизавета Петровна, как женщина бывалая, душою пообмякла: конечно, нелегко бабе, когда любовниц, словно собак, ей муж на шею вешает.

– Но и ты хороша, голубушка! – укоряла Елизавета. – Воображаешь, будто умней тебя и нет никого в России! Почто мешаешься в дела, кои тебя не должны касаться? Как ты осмелилась писать к Апраксину? Почему он получал от тебя приказы грозные? Ты что – сенат? Или – генералитет мой?

Екатерина актерски разыграла свое возмущение:

– Я? Писала?.. Да мне и в голову бы не пришло рассылать приказы Апраксину.

– Вот они, письма-то твои, – кивнула Елизавета на вазу. – И теперь ты отрицать вину станешь?

Но по неуверенному голосу тетушки Екатерина поняла, что это не «те» письма, которых надо бояться, и выпрямилась:

– Так выньте их и прочтите: каковы там приказы мои к армии?

Елизавета, побагровев лицом, топнула на нее ногой:

– Смотри мне, цыц!.. Эвон, Бестужев-то показывает с опросу, что и другие письма от тебя были.

– Врет! – И Екатерина тоже топнула.