Перри Мейсон: Дело об одноглазой свидетельнице. Дело о сбежавшем трупе

Загудели двигатели, и большой самолет медленно начал руление по длинной взлетно-посадочной полосе, добрался до места начала разбега. Одновременно взревели все четыре двигателя, звук был оглушительным. Большой самолет начал разбег и вскоре оторвался от земли. Через несколько мгновений огни Сан-Франциско уже были внизу, самолет описал широкий круг над городом и взял курс на Лос-Анджелес.

— Долго же вы сюда добирались! — сердито сказала Сара Энсел, повернувшись к адвокату и Делле Стрит."

"— В сельской местности, куда нам пришлось отправиться, закрывают дороги в девять часов вечера, так что добирались с трудом, — ответил Мейсон, но Сара Энсел не уловила сарказма.

— Что вы вообще задумали? Зачем вы заставили нас бежать, будто двух преступниц?

— У вас чемоданы с собой?

— Нет.

— А где они?

— Мы отправили их отдельно. Мы же не знали, что вы хотите.

— Отлично, — кивнул Мейсон. — Раз вам не нужно таскать с собой багаж, вам будет гораздо легче передвигаться. Теперь расскажите мне подробно, как было дело. Давайте поменяемся местами.

Они поменялись местами и, кажется, при этом не привлекли внимания других пассажиров, большинство из которых постарались поудобнее устроиться в креслах и хоть немного поспать.

— Наклонитесь к моему уху, — попросил Мейсон. — Постарайтесь говорить потише. Ну, что там у вас случилось?

— Вам вкратце? — спросила она. — Или…

— Вначале расскажите самое основное, — ответил Мейсон. — Потом я буду задавать вопросы и выясню интересующие меня детали.

— Похоже, Эд Дейвенпорт выехал из Парадайса в воскресенье, в полдень, — начала свой рассказ Сара Энсел. — До этого он звонил Мирне. Сообщил, что выезжает и переночует в дороге. Вероятно, он ночевал во Фресно, потом снова тронулся в путь и доехал до этого маленького городка, Крэмптона, который находится в тридцати или сорока милях от Фресно. Там ему стало плохо. Вообще-то я думаю, что плохо ему стало еще до того, как он туда добрался, но в Крэмптоне он слег окончательно и дальше ехать уже не мог.

— Чем он болен? — спросил Мейсон.

— Точно сказать нельзя. Я к этому как раз веду. Он сильно пьет. У него высокое давление, а с таким давлением нельзя пить. Но он явно пил, да еще и съел что-то не то. В общем, ему стало очень плохо. Он остановился в мотеле в Крэмптоне и спросил, есть ли в городе врач. Хозяйка мотеля сказала, что их там целых три, и дала ему адреса. Эд позвонил одному из них — доктору Ренолту.