Перекрестье. Исконный Шамбалы

Если впоследствии вас будет интересовать более детальная информация, то чуть позже вы сможете познакомиться с Номо лично, а также прочитать его досье.

Итак, история этого человека начинается с предыстории, послужившей первоначальным толчком к наблюдению за ним ещё с раннего детства. В архивах нашего ордена на особом счету числится один исторический документ. Впервые на него обратил внимание основатель ордена Глеб Иванович Бокий, когда ему и его единомышленникам удалось уберечь от полного уничтожения в 1939 году ценные документы из архива НКВД.

В числе других сведений там хранились любопытные данные о судьбе одного человека, а также прилагалось письменное пророчество относительно его рода и связанного с этим будущего России. Позже вы сможете лично ознакомиться с этими документами. А пока вкратце расскажу, о чём в них шла речь."

"В документах царской охранки Петрограда значится, что некто по имени Спиридон в конце 1914 года посетил дом 64 на Гороховой улице, где в то время принимал Распутин. Указывается, что число посетителей в тот день составило 345 человек.

По другим архивным документам НКВД — воспоминаниям Надежды Константиновны Крупской и Марии Ильиничны Ульяновой, которые общались со Спиридоном в Горках, а также из протокола допроса самого Спиридона следует, что он пришёл на Гороховую, якобы по настоянию своей жены, с целью получить благословение старца для своей семьи, так как в его роду очень часто дети умирали в раннем возрасте. По записям царской охранки, Спиридон сначала ожидал своей очереди в толпе, ничем не отличаясь от остальных людей. Неожиданно из квартиры вышел Распутин, лично провожая какого-то нищего мужика до подъезда. Поднимаясь по ступенькам на третий этаж, где находилась его квартира, мимо ожидавших людей, старец остановил взгляд на Спиридоне. Долго на него смотрел, а потом, словно опомнившись, забрал его с собой. Из показаний самого Спиридона, — человек в штатском перевернул несколько страниц своего доклада и зачитал: «Григорий Ефимович изменился в лице. Он несколько минут смотрел на меня в упор, не моргая, каким-то пристальным, проницательным взглядом. Его глаза блестели притягательным светом. Потом он вдруг спохватился, возвращаясь в своё обычное состояние, и позвал меня идти за ним… В кабинете, куда мы зашли, стояли стол, стул, кресло и диван… Он усадил меня на диван. А сам сел за письменный стол со словами: «Знаю, чего просить хочешь». Затем оторвал листок бумаги и стал что-то писать. Я сидел молча.