Парад теней

За него ответил главный, взмахом руки потребовавший на время словоизвержения вождя отложить операцию по запихиванию сыскаря в мешок:

— Он тебя слышит, Роберт!

— Не захотел умирать хорошей смертью — умрешь, как обосравшийся кот, в мешке! Прощай, красноречивый сыскарь! Ты умрешь, а я буду жить! — И спокойнее своим уголовничкам (не мог не покрасоваться): — Упакуйте его, а я еще раз Москвой полюбуюсь.

Он был на полпути к Луне, а Сырцов — в мешке, где отвратительно воняло, и он понял, что воняло Севой Субботиным.

Шустрые ребята затянули горловину, повалили мешок на бок и, пока небожитель витал в облаках, бесконтрольно принялись молотить мешок ногами, постепенно заводясь и входя в раж.

* * *

Стараясь не шуметь, Дарья открыла дверь, шаря по стене, нашла выключатель, зажгла в передней яркий свет и легкокрылой бабочкой впорхнула в полутемную комнату, в которой никого не было. Включила свет. Вокруг было чисто и прибрано до того, что комната казалась гостиничным номером.

Она вернулась в прихожую и рассмотрела себя в зеркале, угасшее свое лицо, усталые собачьи глаза…

— Он просил не беспокоиться, — сказала Дарья. И вопросительно: — А я беспокоюсь?

* * *

В раже они молотили, молотили, молотили ногами ненавистный мешок с ментом.

…Откуда взялись эти в камуфляже, с автоматами наперевес, без лиц? Только черные дыры стволов, как страшные глаза, только страшные глаза, как дыры стволов…

Уголовников взяли врасплох и скрутили вмиг. Лишь главный успел крикнуть:

— Летчик, мусора!

За что и был отключен умелым ударом по темечку рукояткой бебута.

Один из чернолицых, тяжелый и мощный мэн, обрушился на Сырцова, сидевшего в раскрытом мешке и еще не чувствовавшего себя живым:

— Ты почему сигнала не подавал?

Сырцов попытался встать и шагнуть из мешка, но запутался и упал набок. На вторую попытку не было сил, и он снизу свистяще, хотя в двух словах, произнесенных им, не было свистящих звуков, спросил:

— Где он?

Летчик, влекомый колесом, достиг зенита.

Спросил с высоты громким, поставленным голосом:

— Ты живой, Сырцов? — опередив мэна, замешкавшегося в ответ на сырцовский вопрос.

— Живой! — стараясь, чтобы получилось громко, слабо выкрикнул Сырцов. Но Летчик услышал.

— Жаль. Но ты не победил меня. — Сильный голос гордо подчеркнул слово «меня». — Ты просто передернул карты и выиграл.

— Спускайся, козел! — за Сырцова заговорил громыхающим басом мэн.