Папа для Ромашки

Оставляют нас одних.

– Хоть бы кто нормально ребенка родил и отцу показал.

– Косячные вы какие-то, – шучу в ответ. – Ты не злишься?

– Мы ж все косячные, что на всех злиться теперь…

– Как Ева? Как дети? – спрашиваю про его жену, с которой очень дружила, перед тем как сбежать.

– Нормально все.

– Обижалась, что ты ее бросила, не попросила помощи, не открылась.

– Тогда так надо было. Передай ей, что я скучаю, но сейчас нельзя.

– А что случилось?

– Рома не рассказал?

– Нет. Во что теперь вляпались?

Теперь…

– А ты… тоже видел то видео?

– Эмм… Знаю, что оно было, но не смотрел.

– Муж, если что знает, что это не его ребенок. – Опускаю глаза в пол. Не могу на Валерика смотреть.

– Да ладно, Варь, я что ли хорошо поступил? Никто тебя не осуждает.

В домофон снова звонят.

– Мы еще кого-то ждем?

– Да, главное, чтоб у Юры получилось.

– Вал, если это они, то открой, – Рома кричит сверху.

Валера идет к двери, я за ним.

– Они, это кто, Валер?

Открывает ворота, туда заезжает еще одна машина. Юрина.

Я растираю шею.

– Егор тоже будет?

– Сейчас узнаем.

Я трусливо выглядываю в окно. Со стороны водителя из машины выходит Юра, с другой стороны Егор.

О чем-то говорят, Егор не доволен, злится. Юра ему дипломатично что-то объясняет, зато брат замахивается и ногой пинает снег.

Юра идет в дом один."

"– Варька, звезда моя, – Юра обнимает и отрывает от земли.

– Очень смешно.

– Прости, я приложил руку, чтобы загубить твою карьеру.

Замахиваюсь, но не сильно бью его плечу.

– Ты теперь прокурор-юморист?

– Так я уже не прокурор. А пожила бы ты с моим котом, так тоже шутить начала бы.

– А что он у тебя, байки рассказывает?

– Определенно он меня понимает. Слушай, Варь. Сходи ты к Егору. Он сказал, что в дом не пойдет.

– Злой?

Накидываю куртку и обуваюсь.

– Скажем так, недовольный, что его привезли сюда без его ведома, – усмехается Юра.

– Ты что, ему не сказал, куда едем? – Валера подпирает плечом стену.

– Исказил информацию с целью усыпить его бдительность, – парирует с усмешкой в ответ бывший прокурор.

Морозец сразу пробирается под куртку и холодит кожу.

– Привет, – спускаюсь с лестницы, замедляюсь и останавливаюсь в нескольких шагах от брата.

Дышит глубоко. В нем сейчас будто два полюса перетягивают стрелку.