Папа для Ромашки

– Роман Николаевич? – на входе встречает охранник, поднимается, неловко кивает.

– Да, добрый вечер, отец у себя?

– Да… Просил никого не пропускать на территорию.

– Да, знаю. Там проблемы у нас. Позвонил, сказал, срочно приехать.

Вроде как насчет меня указаний не было. Доступ на этот завод у меня был всегда. Меня тут знают.

– Проходите, – открывает дверь.

– Он у себя, не знаешь?"

"– Нет, он на машине был и поехал к запасному выходу.

– О’кей, сам ему наберу.

Охранник верит мне, не спорит.

Юркаю на территорию и быстро перебегаю к административному зданию.

– Кукушка, подхожу к кабинету отца.

– Поняла тебя, Джек.

Прислушиваюсь. Там тишина.

Без стука дергаю ручку двери. Закрыто.

Стучу несколько раз. Там никого. Никто не шевелится. Их тут нет.

По спине холодок. Этого боялся больше всего.

Разворачиваюсь. На первый этаж и бегу в здание сортировки и сжигания.

Только бы успеть.

Девочка моя, держись. Я найду тебя. Что же мы вечно с тобой по краю ходим? Родная…

Каждая минута сейчас на счету.

– Роман Николаевич, – кивает мне.

– Отца видел?

– Нет, но сказали всем прийти в зал. Он вроде приехал, что-то говорить будет?

В девять вечера? Когда на заводе только дежурные?

– Со мной пошли, – киваю на здание, откуда он только что выбежал.

Холодный ветер порывом морозит шею, уши. Рабочий в одной спецовке тушуется.

– Так не положено…

– Положено. Если что-то не так будет, мне скажешь, я улажу.

– Хорошо.

Бегом назад.

– Где зона для сброса мусора?

– Я покажу. На первом этаже у нас.

– Там есть какие-то помещения закрытые?

– Да.

– Карты доступа в диспетчерской.

– Ладно, сначала тут посмотрим.

Проверяем зону внизу. Тут никого.

Как будто наверху какое-то движение.

– Там кто наверху? Ты сказал, что все ушли.

– Может, кто не успел.

– Идем, проверим.

– Там же камеры, да?

– Да, камеры сгорания.

Черт. Через ступеньку на третий этаж. Чем ближе, тем громче слышу недовольный мужской голос, но слов не разобрать.

Цепляюсь рукой за перила, чтобы ускориться максимально. Мужик за мной не успевает.

Наконец добегаю, замедляюсь и затихаю. Выглядываю из-за угла, там отец.

И Варя. Варя со связанными за спиной руками в перепачканной толстовке. Волосы растрепаны, на лице ссадина, рот заклеен скотчем.

И сердце сначала останавливается. А потом от бешеной порции адреналина по венам, начинает колотится.

– Беги на улицу, – строго шепчу мужику. – Когда приедет полиция, веди их сюда.