Палач мафии

Ему не нравилось бывать на кладбищах. Его угнетал холод безжизненного пейзажа. Но ему приходилось хоронить своих бойцов. Он долго стоял у свежей могилы и уходил в числе последних. Ему не было жаль погибших парней. Но всякий раз по его щеке скатывалась на землю суровая мужская слеза. Он умел скорбеть как никто другой. И в этом он видел практический смысл. Братва должна была знать, что ему по-родственному дорог любой, даже самый последний человек из его команды.

Он не считал себя жестоким человеком и не любил убивать.

Но мог отправить на тот свет любого, за любую, самую незначительную провинность. Тем самым он поддерживал в своих рядах железную дисциплину. И наводил ужас на подотчетных коммерсантов.

А еще ему не нравилась эта традиция – встречать с помпой своих людей, выпущенных из тюрьмы на волю. Все это пустое. Человек должен радоваться самому факту, что он на свободе. Но встречал он бывших арестантов лично. И с почетом. Потому что таков был обычай. И, пожалуй, он имел практический смысл. Если его человек знает, что его ждут и о нем заботятся, он с достоинством пройдет все тюремные испытания.

И никогда ни за что не станет сдавать своих.

Встречал он и стукачей. Бывало и такое. Отступников окружали заботой и вниманием. Вывозили в лес и… Предателей нужно уничтожать. Это аксиома.

Сегодня Бекас встречал своего давнего друга – «бригадного генерала» Сашу Сырка. Его тоже вывезут в лес. Но убивать не станут. Если, конечно, его до смерти не изнасилуют русалки. Бекас знал одно прекрасное местечко на берегу лесного озера.

Там небольшой кемпинг и замечательная сауна. Будет много водки, девочек и веселья. Само собой, и в этом был практический смысл. Даже лошадь загибается без хорошего отдыха. Про людей и говорить нечего. Особенно про тех, кто знает толк в шумных застольях и в отвязных оргиях. Вот как раз в этом Бекас толк знал. В конце концов, один раз живем…

Сырок не просто вышел за ворота КПП. Он намеренно зацепил плечом сержанта-контролера. Получалось, он оттолкнул его в сторону, чтобы освободить для себя проход.

Что с него возьмешь, если натура у него такая.

Захлопали дверцы «шестисотых» «Мерседесов». Первым навстречу Сырку направился Бекас, за ним двинулись его телохранители. Все в одинаковых черных куртках из дорогой глянцевой кожи. Бекас никогда не служил в армии. Но ему всегда нравилось армейское однообразие. Во всем должен быть порядок.

Друзья уже давно не радовали Бекаса. Друг, не друг, какая разница? Человек должен приносить практическую пользу.