P.S. Люблю тебя

Меня словно загипнотизировали: нет ни страха, ни паники, ни желания прекратить происходящее, хотя я всегда испытывала отвращение к физической жестокости. На эти несколько секунд я позволяю себе наслаждаться возможностью быть слабой. Айзек заваливается на бок, и теперь я отчетливо вижу, что у него рассечена переносица, по лицу струится кровь, голубая рубашка и безупречно отглаженные брюк испачканы в пыли. Джейден опускается на одно колено, ткань его дизайнерского пиджака растягивается, когда он заносит кулак и быстро обрушивает его вниз.

— Джейден, хватит, — вернувшееся сознание выталкивает из меня необходимые слова, и я делаю шаг к нему с намерением остановить. — У тебя будут проблемы.

Джейден выпрямляется над стонущим Айзеком и, коротко замахнувшись, опускает последний удар ногой ему под ребра. Его рубашка выбилась из-за пояса брюк, колени в пыли, а в глазах мерцает опасный металлический блеск.

— Пойдем в мою машину.

Это не походит на приглашение, скорее, распоряжение, но у меня нет ни малейшего желания возражать. Я бросаю последний взгляд на Айзека, который в глухим мычанием зажимает окровавленный нос и, убедившись, что умирать он не собирается, шагаю за Джейденом. Эта односторонняя драка не обошлась без свидетелей: я замечаю перепуганные глаза девушки, выглядывающей из дверей голубого автомобиля, и парня в клетчатой рубашке, приложившего телефон к уху.

— Как ты узнал о выписке?

— Твой лечащий врач сообщила мне.

— Вы общались?

Джейден продолжает молча идти вперед, оставляя этот вопрос без ответа, но он мне уже не нужен. Все это время он думал обо мне. Ему определенно не все равно.

— Это ведь мог быть и не он.

— Это был он, — Джейден бросает на меня быстрый взгляд, и его челюсть заметно напрягается. — Ты так и не научилась лгать, Таша.

Он открывает для меня дверь Мерседеса, и я осторожно опускаюсь в охлажденный салон. Сердце все еще бешено колотится, а разум настойчиво напоминает, что на расстоянии каких-то десятков футов все еще корчится от боли мой муж. Наверное, что-то во мне сломано с рождения, потому что мне наплевать.