Падение Рыжего Орка

Совсем новый человек. Не ты, не я. И его надо любить и хотеть его рождения не потому, что ты хочешь привязать сильнее к себе его мать. А потому что… потому что… — у нее перехватило дыхание и не находилось нужных слов. Чтоб все точно объяснить.

— А я буду его любить, — донеслось негромко из-за спины. — Еще как буду. Я его уже люблю. Я это знаю. А ты — увидишь. Потом. Когда он родится. Ты мне только роди.

— А я перезвоню, — всхлипнула пополам со смешком Варя.

— Чего?!

— Одностишье есть такое. Ты мне роди, а я перезвоню.

Владимир Вишневский.

— Ааа… Ясно. Я перезвоню, точно. Ты мне, главное, роди.

Снова раздался смешок пополам со всхлипом. Он развернул ее снова — лицом к себе.

— Ты не рада, Варюша?

— Я… — со вздохом. — Наверное, просто охренела.

— Я тоже, — он прижал ее голову к своему плечу. — Я тоже, малыш.

Они стояли так какое-то время. Дыхание успокоилось. Варя тоже. Мысли улеглись. Кроме одной, и странной.

— Слушай, — поерзала в его руках. — А нам же теперь венчаться нельзя, да?

— Чего это?

— Ну как же… Какая я невеста, если я буду… в положении.

Это же значит, что мы с тобой… до свадьбы… то есть, до венчания… — замолчала неловко.

— Надо полагать, тот факт, что ты бы венчалась, не будучи невинной девушкой, тебя не смущал? — весело хмыкнул Тин.

— Меня вообще все смущает! Все, что касается венчания…

— Не боись. Сейчас у эксперта уточним, — Тихон повернулся и сцапал со стола телефон. Одной рукой он по-прежнему обнимал ее, другую поднес к уху. — Аристарх Петрович, приветствую.

Как ваше здоровье, как давление? — рассмеялся легко. — Ладно, я понял! Ты сидишь, стоишь? А, в трамвайчике. Слушай, я матери машину подарю — может, хоть она согласится? Все-все, не ворчи, уж и пошутить нельзя. Там места в трамвайчике есть свободные, чтобы ты сел? Не хочешь? Ладно, мое дело предупредить. Держись тогда крепче. Держишься? Ну, все тогда, слушай. Варвара Глебовна в положении!

И Варе тут же прижали к уху телефон, и она смущенно слушала взволнованный бас Аристарха Петровича, его немного сбивчивые, но радостные слова.

А потом Тин вернул телефон в исходное положение.

— Спасибо, папа, мы тоже очень рады. У Варюши тут технический вопрос возник. Будешь ли ты нас венчать, если мы уже согрешили? Не, — Тин хохотнул, — я тоже считаю, что это не грех, а радость, но Варя… Погоди, вот для нее это еще раз повтори!

Снова Варе поднесли к уху трубку, и она с улыбкой выслушивала, как ей мягко пеняет на неразумность будущий свекор.