Отражение зла

А ваша задача – распорядиться полученными сведениями так, как посчитаете нужным. Убийца должен ответить за все. Вы согласны принять мою помощь?

– Согласны, – ответил за всех Макс.

– Еще как согласны! – подхватил мэр Клоппс. – Что нам нужно сделать, чтобы все получилось?"

"– Всего лишь предоставить мне доступ к телу Ипполиты, – сказала Корделия. – А еще мне пригодится большое зеркало и пара черных свечей. Но если вы попытаетесь остановить меня либо выследить барона Клайда, – она взглянула на Макса, – у вас будут серьезные неприятности.

– У вас будет все, что нужно для ритуала! – заверил ее мэр Клоппс. – Наш главный полицмейстер за этим проследит, верно, господин Гвиннер?

Тот молча кивнул.

– Отлично, – сказала Корделия. – Мне нужно взять кое-какие вещи из своего багажа. Встретимся в вашем полицейском участке через час.

Она снова взглянула на Алекса, тихо стоявшего в сторонке.

– А с тобой нам нужно поговорить, – произнесла она.

– Сейчас я не готов с тобой разговаривать, – тихо буркнул парень.

– Понимаю…

Корделия, опустив голову, обошла его, выскользнула из амбара и растворилась в темноте улиц.

Глава двадцать третья

Невероятная правда

– Какой приятный сюрприз! – всплеснул пухлыми руками мэр. – Скоро мы обо всем узнаем! Но нам нужно успеть приготовиться к ужину и к этому странному ритуалу. А вас я хочу поздравить, молодой человек, – обратился он к Грановскому.

– Ничего прекрасного в этом нет! – огрызнулся Алекс. – Нашли с чем поздравлять… Вы же ничего обо мне не знаете!

Мэр осекся на полуслове.

– Я сказал что-то не то? – заволновался он. Алекс молча рванул к выходу.

– Куда ты? – тревожно спросила Камилла.

– Скоро вернусь, – буркнул парень.

– Подожди, – сказала Глория. – Я хотела… Алекс выбежал из амбара, не дослушав.

– Никогда не видела его в таком состоянии, – вздохнула Камилла. – Он всегда шутит…

– Сейчас ему точно не до шуток, – тихо сказал Макс. – Я хорошо знаю Алекса. Лучше оставить его одного. Он должен это пережить, а слова утешения только расстроят его еще больше.

Алекс выбежал на рыночную площадь. Его всего трясло, мысли лихорадочно метались в голове. Все происходящее казалось нереальным.