Отражение

Ты же девушка с обложки. Я тут стою, жалею, что не надела балахон с рукавами и до пят. Ты в отличной форме.

– Правда? – с надеждой и самодовольством спросила девушка. Я кивнула. Она расслабилась и с вызовом посмотрела на мужа.

– Слышал, Анжелина сказала, что я в отличной форме, – обратилась она к Марку. Тот лишь рассеянно кивнул, снова скользнув взглядом почему-то по моей фигуре. Адам, хорошенький мальчик Бейли, между делом, проявил смелость и настойчивость. Теперь вокруг жаровни было трое. Соня была не восторге от прибавления и ревниво посматривала на Адама, который время от времени переговаривался с Максом.

"

"Я села в один из шезлонгов. Дейзи перестала хлопотать вокруг стола, и мы пустились в поверхностные легкие разговоры обо всем и не о чем. Я говорю мы, но на самом деле за час, который я провела в компании новых друзей, я произнесла не больше трех предложений, старательно делая вид, что вовлечена в беседу. Но мои мысли витали далеко, точнее, в тридцати метрах от нас.

Глядя на подтянутую задницу бывшего мужа, обтянутую дорогими джинсами с искусственными потертостями и сильную спину с перекатывающимися мышцами под намокшей от пота футболке, я думала о чем угодно, но не страшном легендарном теракте в Нью-Йорке, который сейчас обсуждали Тина и Дейзи. Закусив от досады губу, я злилась на саму себя и свои порочные воспоминания, связанные с этим телом. Я знала его подробностях, каждую родинку…. Боже, это опасно. И я безумна, раз думаю об этом, но ничего не могу поделать с собой. У меня давно не было секса по понятной причине, а этот мужчина был первым, кто познакомил меня с сексом. И сделал это шедеврально, нужно заметить. Костя был хорош, но Макса я любила, наша связь с ним была безумной, яростной, на грани потери сознания. Не просто физическое влечение и удовольствие. Моя душа и сердце и тело растворялись в нем без остатка. Это было так мощно, что я иногда плакала от переизбытка чувств. Разве можно забыть подобные чувства? Не потому ли моя боль и страдания были такими долгими? Я потеряла себя, свою душу и сердце. Понимал ли он, какой удар мне наносит, совершая то, что совершил? Воспоминания куда более трагические, чем наши страстные ночи, охладили мой пыл, я вернулась к своим собеседникам… мысленно. Время от времени, кроем глаза поглядывая на Эванса. Было сложно не смотреть на него, потому что этого нового Макса, который жарит шашлык и играет с детьми, я видела впервые.