Отражение

Холоден. Предсказуемо. Как же он смог очаровать Соню? Да, и Дейзи тоже очень нежно на него посматривает, – Ты давно прилетел?

– Да. Часа три назад. Мы не стали тебя будить. Не знал, что привести ребенку, поэтому получилось так много, – спокойно сообщил он. Макс выпрямился, и я обратила внимание, что он одет довольно просто. Футболка поло, джинсы и кроссовки. Его физическая форма не пострадала после длительной болезни, хотя времени на восстановление было достаточно.

– Скажу сразу, чтобы тебя не мучить. Со Старостовым все в порядке, – произнес Эванс, принимая от Сони очередную игрушку, – Отличный заяц, милая.

– Я не понимаю, что тогда…, – пробормотала я.

– Приведи себя в порядок и спускайся в гостиную. Я все популярно объясню, – сухо произнес Макс, скользнув по мне взглядом.

Черт, я же все еще в пижаме, босая, неумытая и непричесанная.

– Иди, дорогая, а я посмотрю за девочкой, – мягко сказала Дейзи, – У нас тут с ней много дел найдется. А Макс заодно покормит тебя завтраком. И вы спокойно поговорите.

– Всю жизнь мечтала…, – пробормотала я себе под нос, холодно взглянув на бывшего мужа. Сейчас десять. Если он прибыл в семь утра, то на самолет сел около полуночи. Как ему удается выглядеть так…. У Кости тоже имеется подобный талант. Вставать с кровати и быть готовым позировать для журнала, не успев даже принять душ.

Однако через двадцать минут я выглядела почти неплохо, несмотря на то, что пришлось надеть вчерашний сарафан не первой свежести, потому что ничего другого у меня не было. Причесав влажные волосы, я нанесла легкий макияж. Придирчиво взглянула в зеркало, и немного успокоилась.

В гостиной меня ждал горячий кофе, овсянка и тосты с сыром. Это было настолько необычно, неожиданно и как-то нелепо, что я нервно рассмеялась, пытаясь не встречаться взглядом с Эвансом.

– Вот черт, я чувствую себя глупо, – призналась я.

– Если честно, то я тоже, – ответил Макс. Мы посмотрели друг на друга и на мгновение я узнала его. Того прежнего Макса, которого когда-то любила, как безумная. Мое сердце сделало кульбит, прежде чем его пронзила острая боль. Между нами было столько всего, хотя наш брак длился так мало…. И ад, и небо и то, что между.