Оторва, или Двойные неприятности для рыжей

— Мог бы завтра в универе отдать, — фыркнула я и, не выдержав, улыбнулась. — Но спасибо. Перспектива переться после работы на автобусе меня наводила на мысли о тихом, скромном самоубийстве и помпезных поминках.

— А прогулять и отоспаться не думала? — протягивая мне стакан, поинтересовался блондин, опираясь на открытую дверцу моей горячо любимой бибики. — Выглядишь как оживший труп.

— Взятка должностному лицу? — подозрительно прищурилась, но кофе взяла, узрев фирменный стакан той самой кофейни, про которую рассказывала.

Вот же… заботливая зараза! А кофеек-то еще горячий… — Не шути так. Я целый день открещиваюсь от гадких мыслей не явиться завтра на статистику. Пока успешно, но борьба еще продолжается. Я итак все самое интересное пропустила с этой болезнью, а еще и работа. Преподы меня скоро на ленточки покоцают и коврик под порог учительской забацают.

— Все так плохо? — вскинул брови Богдан, пристраивая подбородок на пальцах. — Могу помочь."

"— Вот этого еще не хватало, — скривилась, поеживаясь от холода.

Сентябрьское солнышко еще пригревало, но прохладный ветерок все старания небесного светила упорно сводил на нет. — Пропуски закрою, долги сдам. Первый раз, что ли?

Никак не отреагировав на мои слова, Полонский стянул с себя джинсовку и накинул ее на мои плечи. Я улыбнулась, согревая озябшие ладошки о горячий стакан. Мне, правда, вдруг как-то тепло-тепло на душе стало.

Приятно, когда о тебе так заботятся. Хотя и не понятно, из каких целей.

— Спасибо.

— Не за что, — заглушив двигатель, парень вытащил ключи и положил их на крышу.

Оперся на закрытую дверцу, закурил и только тогда поинтересовался. — Вчера, пока меня не было в клубе, ничего не произошло?

— Да нет, — аккуратно пожала плечами, чтобы джинсовка не свалилась. — Разве что я Миху чуток…эм… ну, опозорила. И Олег с кем-то из посетителей сцепился. А что?

— Просто спросил, — рассмеялся Богдан, глядя, как я снова заинтересованно вожу носом по воздуху, улавливая пряный аромат вишни от его сигареты. Что поделать, я почти балдела с этого запаха!

И изнывала от легкого желания настучать кое-кому голубоглазенькому по его слишком хитрой морде.

Просто так спросил он, ага. Знал же, извращенец заботливый, что добром его дразнилки Исаева не кончатся, вот и интересовался теперь последствиями!

Естественно, признаваться, что меня некультурно облапала пьяная нехристь, я не собиралась. Если честно, я всё-таки была немножко зла на Богдана за его нехилую подставу… Но простила. Честно.