Оторва, или Двойные неприятности для рыжей

Я скривилась, изнывая от желания придушить чуток хотя бы ни в чем не повинного Полонского.

Оценил? Да три ха-ха!

Этот рыжий ужас, родом с подземных глубин далекого перевала Дятлова, наоборот, в буйный восторг пришел, отхватив от меня литровым пузырем толстого стекла по крепкому загривку!

А то как же — я единственная, кто при виде него томно не вздыхала, смущенно не краснела, часто не дышала, глазки не закатывала и грудь вперед не выпячивала! Короче, отличилась по всем статьям.

И тем самым тут же была возведена в почетный ранг предмета обожания, с дальнейшим присвоением сомнительного титула трусишки-зайки серенького.

И если вы думаете, что это его хоть как-то остановило, вы глубоко заблуждаетесь!

Глава 10

Когда время уже подкатывало к девяти часам вечера, снизу доносились отдаленные крики и пол едва ощутимо вибрировал от музыки, доносившейся с танцпола, колоритная во все смыслах компания начала заметно скучать.

Так и получилось. Распрощавшись со всеми, Липницкий с заметно шатающимся Лёликом слинял, а я же, к тому времени тоже весьма хмельная, с тоской обдумывала, как пойду завтра на работу…

В голове не находилось ни единой здравой мысли, когда Богдан, отошедший из-за стола не так давно, вернулся и, распрощавшись с Харлеем и Михой, поманил меня.

Я поднялась. Чего греха таить, отпускать пепельного блондина не хотелось — рыжая подвыпившая небритость так и не обзавелась коленной игрушкой, а потому продолжала периодически двусмысленно косить в мою сторону. До этого меня спасали удобные, а главное, совсем не романтические объятия Богдана. Сидеть на блондине (прости осспади за пошлость) оказалось весьма комфортно и не накладно, не считая, конечно, участившихся взглядов невесть от чего недовольного Исаева.

Хотя, почему это невесть? Нехристь явно в восторге не прибывала, что его давний злейший враг спокойно тискает его же девочку для битья…

— Только не говори, что тебе нужно уехать, — грозно предупредила Полонского, останавливаясь рядом с ним прямо возле полупрозрачных белых штор в дверном проеме."

"— Ань, нужно, — огорчил меня блондин. — Я освобожусь через пару часов, максимум к полуночи. Могу тебя забрать.