Отмороженный 7.0

А в следующий момент в эту точку стала стягиваться энергия из пространства.

Я начал считать сначала. На седьмом вдохе замахнулся рукой в жесте похожим на тот, которым я управлял своим роем, и бросил скопившуюся в ладони энергию в статую.

Энергетическое багровое пятно расплылось по поверхности мрамора, а затем тонкие светящиеся змейки соединили между собой двенадцать проявленных символов, образовав круг.

Внутри статуи что-то щелкнуло. Потом еще раз, и постамент медленно пополз в сторону, открывая потайной тоннель.

Глава 3

В тоннель вела лестница. Прежде чем начать спускаться запустил внутрь Искорку. Длинный коридор с темными нишами. Движения внутри не было.

После вскрытия замка, энергия как будто рассеялась, и уже не давила на меня своим плотным потоком. Посмотрел на уровень заряда — шестьдесят девять процентов. Взаимодействие с чужой энергией, еще и темной, потребовало от меня больше усилий. Но еще есть где развернуться.

Заглянул внутрь и, взявшись на перила лестницы, полез вниз. Двадцать три ступени, и я оказался на каменном полу.

Мою версию подтвердили и стены — лишь слегка выровненная порода блестела серебряными прожилками в свете тусклых люминисцентных ламп. По человеческим меркам в коридоре было холодно, но терпимо. Градусов восемь тепла, примерно как в стандартной подземке.

"Я прижался к стене и пошел вглубь тоннеля. Тут под ногой что-то хрустнуло. Посмотрел вниз и увидел впечатанную моим ботинком в пол черную оправу от чьих-то очков. Стекла раскрошились почти в порошок, но такая оправа могла принадлежать либо важному профессору, либо модному хипстеру. А последних я что-то в Мерзлоте давно не замечал.

Впереди замаячил еле заметный хвостик красного луча энергии. Я немного ускорился, все так же держась у стены со скаутганом наготове.

Вскоре тоннель раздвоился.

Я пошел налево. Добрался до очередного поворота, где вместо правой стены тянулись ряды прозрачных боксов с пластиковыми, словно походными, лежанками и обертками от фастфуда. Каждое, как купе в поезде — на четыре человека. Двери открыты, внутри никого живого.