Отмороженный 4.0 (СИ)

— Необходимо покинуть зону поражения».

— Да, я как бы и не против!

На рывке выпрыгнул из-за укрытия, перевернулся в воздухе, продолжая тщетные попытки повредить бур. То какая-то защита вокруг шар вспыхивала, сбивая, пыли, то этот чертов щитоносец отмахивался, впитывая урон.

Уже почти долетел до «вдоводела», как вокруг началось какой-то форменное безумие. Джерс выдал серию каких-то акробатических этюдов, скача по боксам и стреляя вокруг. Сверху над дырой, подкатили его напарники и тоже начали палить. Искорка запищала в ушах, как падающий истребитель, выдавая свой коронный — разгон с пинбольным ударом.

И с оглушительным хлопком, перешедшим в визг, разродился бур, затопив все пространство голубым сиянием, отраженным ото льда.

Меня зацепило. Екнуло что-то в груди и обжигающей молнией проскочило по позвоночнику в затылок. И последнее, что я увидел, прежде чем потерять сознание — как Джерс выскочил из-за боксов, неся в руке малый скайкрафтовый бур, и прыгнул на свой мотоцикл.

* * *

— Алекс, Алекс! Ты чибзика придавил!

— Алекс! Что с гонкой? Где ты?

— Алекс! Ты уснул что ли?

— Не молчи! Алекс!

Сквозь темноту и плотный мрак, в котором находилось мое сознание, стали наперебой раздаваться знакомые голоса.

— Алекс! Ты что серьезно? Чибздец, что делать-то? Данди, у нас, кажется, проблемы.

Знакомый голос перестал быть насмешливым, скорее озабоченным и испуганным, и я почувствовал, как кто-то трясет меня за плечо, доставляя дискомфорт и выдергивая на поверхность.

Я попробовал сжать и разжать кулак правой руки, а потом дотронуться до головы. Но уперся в жесткий шлем. Движение получилось слабым, почти незаметным.

— Может быть, в медблок? Вижу, что живой, но выглядишь не очень, — раздался слишком громкий мужской голос прямо над ухом.

— Пусть воды попьет, сечешь? Я пока за медиками схожу!

Я сделал вторую попытку и с усилием разлепил глаза. Черная картинка отключившейся системы полетела цветным калейдоскопом. Меня быстро укачало, и я снова зажмурился, отказываясь принимать такую реальность. Полежал еще какое-то время с закрытыми глазами, пытаясь осознать, что со мной творится.