Номер 19

И ты сейчас не валялся со сломанной спиной.

– Негодяйка… – с трудом выговорил Алексей Сергеевич. – Как ты смеешь… Я никогда… Все только для вас… Ради твоего сына…

– Да плевать на тебя, – обронила Светлана. Она уже намеревалась покинуть комнату, как отец позвал ее.

– Почему ты… – задыхаясь, проговорил он, – не сказала про суд? Про то, что… квартира уже не наша? И нас могут… выставить вон?

Она с недовольством поджала губы.

– Откуда ты знаешь?

– Услышал. Ты не умеешь говорить нормально… орешь в телефон так… что слышно на чердаке.

Светлана вздохнула.

«А что бы ты сделал, если бы узнал, что мы не в состоянии платить ипотеку? – угрюмо подумала она. – Громко пукнул в знак протеста?»

– Потому что у нас нет денег, чтобы выкупить ее, – устало произнесла Светлана. – У тебя есть сорок пять миллионов? Твоей пенсии едва хватает на лекарства для тебя. Правда, от этих таблеток пользы не больше, чем от клизмы.

Алексей Сергеевич закашлялся, в уголках его глубоко запавших глаз выступили слезы.

– Что же… с нами будет? – тихо спросил он, когда приступ утих.

Светлана пожала плечами. Она внезапно подумала о словах Германа. Насчет страхования отца и его «нечаянного» падения на пол… с летальным исходом.

– У нас еще есть время до Нового года. Пять дней, – задумчиво произнесла она. – На Новый год иногда происходят чудеса.

Старик беспокойно заерзал на несвежей постели.

– Ты… сошла с ума, – проскрипел он.

«Какой, в задницу, дом с участком, – мысленно проговорила Светлана, глядя на бормочущего отца. – Все давно продано, а вырученные деньги ушли на оплату долгов».

– Конечно, Воронеж, – вслух подтвердила она. – Тебя живым на первый этаж спустить, и то подвиг будет. А ты в Воронеж собрался. В электричке тебя везти, что ли?

Очевидно, Алексей Сергеевич не расслышал слова дочери и недоуменно уставился на нее:

– Что?"

"Но Светлана уже закрыла за собой дверь.

Она собиралась позвать сестру, но вспомнила о сыне и заглянула в комнату, где еще десять минут назад лежала на смятой простыне с раздвинутыми ногами. Антон к тому времени включил телевизор и, забравшись на постель, с интересом вертел в руках полиэтиленовый пакетик, который Герман оставил ей перед уходом.

«Вещь стоящая, гарантирую.