Номер 19

 – Для проклятых опекарей она – мать. А я… Я всего лишь никчемный нищий мент.

Молчание.

Глоток.

Сигарета.

Глоток.

– К Брянцеву ходил?

– А что Брянцев? Чем он поможет?

– Ну не знаю.

– Вот и я не знаю.

– Ну он нормальный мужик. И у него связи как-никак. А ты в этой ситуации вроде бы прав.

– Вроде бы?

Владимир не намерен выслушивать сомнения в своей правоте. В ответ Глеб разводит руками.

– Брянцев подключится. Поможет.

Владимир отмахивается и мотает головой. Он сомневается, что начальник как-то поможет.

– Ну ты тут, главное, не паникуй. Ситуация не из приятных. Но должен же быть выход. Не может же жена просто так…

Слова и мысли начинают терять ясность. Сигареты заканчиваются. Но настроение друзей улучшается. Владимир вновь мотает головой, смеется с глупости последней фразы Глеба и тянет руку за напитком.

Коньяк прощается с бутылкой и оседает в желудках друзей. Пустая тара тут же убирается в сумку.

– Крот, а хочешь… – Глеб вытирает с подбородка слюну.

Владимир крутит пальцем у виска.

– М? Тебе? О чем?

– О том, что может поискать какой-нибудь… компромисс.

– Какой? Она уперлась. Новая жизнь, говорит. Решила, что теперь она образцовая мать. Нашла себе какого-то хмыря. А я не подхожу. Так что два воскресенья в месяц с Костиком и свободен.

Глеб качает головой и осуждающе морщится.

– Нет, ну серьезно. Я с ней поговорю!

– А ты тут при чем?

Глеб моргает, пытается прогнать алкоголь.

– Не знаю. Ни при чем, наверное.

– Нет.

Владимир трет кулак. Скулы играют на его лице.

– Есть у меня идейка получше.

В его глазах блестит огонек.

– Крот, только давай без глупостей.

Глеб стучит по плечу друга. Не нравится ему этот огонек. Он уже видел такой взгляд. Как тогда, когда его друг поперся отбирать у старшеклассников свой велосипед. Один пошел. Балбес. Никому не сказал. Выбрал палку побольше и пошел. Два выбитых зуба, синяки, погнутая рама и на неделю домашний арест от отца.

– Слышишь?

– Без…

– Что без?

– Без глупостей.

– Хорош… Рассказывай давай.

Раньше у друзей не было друг от друга секретов. По крайней мере Владимир полностью доверял Глебу и мог без опасений рассказывать ему все.

Владимир выдувает дым сквозь смешок.

– Придумал. Кое-что.

Он встает, выпрямляется и проходит вдоль скамейки.

– Помнишь, в прошлом году потасовку напротив «Меркурия»?

– Нет.

– Там пырнули девушку.