Отец на час. Работает спецназ

- Угу. Пушистый, ко мне! - будто в подтверждение кричит Эльза.

Из-за угла выбегает мохнатая махина, тут же набрасывается на мою дочь и валит ее на землю.

- Пушистый, блин. Отстань, - смеется и с горем пополам поднимается. - Мам, так я возьму пудру?

- Возьми, - качаю головой, наблюдая, как Маша обнимает овчарку.

Кидаю взгляд на второй этаж, туда, где колышется тонкая занавеска. Леон с самого утра не выходит из комнаты, и это меня тревожит.

- Влад, не знаешь, как человек может любить животных и одновременно быть сатанисткой? - Сергей не сдается.

Эльза снова замолкает и прислушивается.

- Всяко бывает, - тихо отвечает Отец, прикручивая лист.

- А при чем здесь животные? - нетерпеливо спрашивает дочь.

- Ну как?... Сатанисты ведь этой херней занимаются… Как оно? Влад, напомни?

- Жертвоприношения.

- Точно! Жертвоприношения. Мы в свое время нашим взводом по лесу полгода бродили, чего только там не видели. Собаки, кошки, даже попугаи…

- Ма-а-ам? - Эльза поворачивается ко мне, чтобы я подтвердила или опровергла эту информацию.

Узкий подбородок трясется.

Мне как матери, конечно, хочется защитить неокрепшую детскую душу от подобных переживаний, но я ловлю на себе внимательный, предостерегающий взгляд со стороны забора.

- Мам? Скажи!... Это правда? - дочь испуганно на меня смотрит.

Я неопределенно пожимаю плечами.

- Влад? Правда?... - разворачивается к нему.

- Правда, Эльза, - невозмутимо подтверждает.

- Же-е-есть. Бедные животные, - тянет моя дочь и, громко всхлипнув, убегает обратно в дом.

Влад спрыгивает со строительных лесов и садится на корточки рядом с раскрытым ящиком, в котором, я полагаю, он хранит инструменты. У нас в доме даже молотка нет. Зато на чердаке полное собрание сочинений Петра Ильича Чайковского. Шестьдесят три тома. Этим тоже можно прибить.

- Наверное, не стоило так в лоб… - с сомнением вздыхаю.

- Все нормально, Федерика.

- Я не уверена…

- Не переживайте так, - вежливо подключается Сергей. - Поплачет немного и закончит заниматься этой ерундой.

- Не знаю…

- Так. Угли готовы, а мясо где, хозяйка?...

- Сейчас принесу, - устало опускаю ноги на газон.

- Лежи уже. Я сам, - командует Влад и скрывается в доме.

Я задерживаю дыхание. Надо с ним серьёзно поговорить о субординации. Вчерашний вечер ничего не меняет. Да я и не особо помню… Только обрывки, ужасно постыдные. Их вполне хватает, чтобы не работать над восстановлением памяти."

"Молча наблюдаю, как Влад возвращается с миской в руке.