Отель последней надежды

…Интересно, сколько нужно денег, чтобы купить такой дом? И сколько нужно денег, чтобы содержать его?

Катя Самгина работала на телевидении и общалась с разными людьми, разного достатка и общественного положения, и еще ни разу ни у кого не видела такого дома.

Видимо, только старшие оперуполномоченные и учительницы русского языка на пенсии могут себе позволить нечто подобное.

Она обошла камин со всех сторон, присела и потрогала рукой коврик, переливавшийся в солнечном свете. Коврик оказался шелковый, и Катя пошла дальше.

…Может, уехать? Вот прямо сейчас?.. Милиционеры, которые живут в таких домах, лгут самим фактом своего существования!

А Катя Самгина не выносила лжи, несмотря на то что работала журналисткой!

С улицы потянуло теплым ветром, откуда-то донеслось стрекотание газонокосилки, и от сквозняка чуть приоткрылась дверь, за которую удалились хозяева эдема и аркадии.

— ..должен поговорить! — настойчиво уверяла мать.

— Я ничего никому не должен, — отвечал сын.

— Но поговорить-то ты можешь?!

— Нет, мама, он взрослый человек и знает, что я никогда не буду.

— Максим, это не правильно! Он твой отец! И кстати, кто эта девушка? Зачем ты ее притащил сюда?

— Она свидетельница по делу. Ее нужно где-то передержать.

Катя усмехнулась, трогая рукой стену. Передержать — вот как! Как будто она собака, которую некуда деть.

— Она чуть не погибла, а дело у нас так в управление и не забрали — говорят, раз нет серии, сами и разбирайтесь. «Глухаря» — то никому неохота!

— Макс, ты говоришь на каком-то птичьем языке, я ничего не понимаю.

— Сколько надо, столько и пробудет.

— Кому надо? Ей? Или тебе?

— Мне, — сказал Максим довольно громко. — Мам, ты прости меня, но я уже большой мальчик.

— Большой мальчик, а с папой поговорить все никак не можешь!

— Ма-ма!

— Ну хорошо, хорошо. Но ведь ты никогда не привозил свидетельниц по делу — я правильно называю? — к себе домой. Даже с предыдущей.., свидетельницей по делу.

— Это совсем не то, что ты думаешь, мама! И хватит уже!

— Боюсь, что это не то, что ты думаешь, сынок!

Катя Самгина опять усмехнулась и решила, что лучше всего будет обнаружить свое присутствие.

— Я все слышу, — прошипела она в щель так громко, как только могла. — Дверь открылась!

Голоса затихли, и через секунду в дверном проеме возник Максим Вавилов.

— Если открылась, нужно было закрыть, — сказал он не слишком любезно.