Отбор невест для прекрасного принца

Лежа в ночи, зарываясь пальцами в шелковистые пряди волос спящей на моем плече девушки, перебирал в голове события прошедшего дня. Начиная с того, как пошел за Шэр, дальше отец со своими новостями о похищении «Поглотителя», лабиринт, где чуть не свихнулся от собственных страхов. Надо же, я и не думал, что у меня их так много!"

"Как ни странно, боялся я вовсе не за себя: за отца с этим покушением на источник! Смотреть на его смерть оказалось нереально жутко и больно! Я не могу представить, что случится со всеми нами без него.

Он всегда был той самой несокрушимой стеной, за которой мы все припеваючи жили, не задумываясь ни о каких проблемах, а зачем, если есть он? Тот, кто все решит, исправит, вернет в прежнее русло!

Опять же мама, она без него не выживет, это всем известный факт! Такую любовь как у родителей еще поискать! Уже больше ста пятидесяти лет вместе, правители целого мира, а дворец своими сексуальными играми до сих пор как подростки разносят!

Орших — его смерть напрямую связана с жизнью Кэт.

Я, конечно, люблю близнецов, но сестра значит для меня нечто большее. Моя двойняшка, иногда казалось, что мы понимаем друг друга без слов. Особенно в детстве, когда напакостив, не сговариваясь, врали одно и тоже, будь это мама или вечно нянчившийся с нами Орших.

Тогда еще не знающая о его роли в своей жизни, сестренка, не стесняясь, могла приклеить его к стулу или поджечь пятую точку. Хм, а может, как раз догадывалась, потому-то и страдал от нее исключительно зад грозного палача?

Но глядя на их смерти я еще терпел, уговаривая себя, что это лишь иллюзия, а вот истерзанное тело мышки сорвало мою хваленую выдержку.

Тут уже не помогли никакие уговоры! Безотчетный ужас и боль, разрывающая на куски, не то что сердце — все тело!

Да без нее я точно сдохну — в маленьком храбром мышонке теперь вся моя жизнь! Неудивительно, что от такого зрелища сила вышла из-под контроля, по приказу замутненного иллюзией мозга, защищая свое сокровище, или, скорее уже, мстя за него!

Мысли перескочили к ее истерике.

Когда, обнимая Эль, почувствовал боль Шэр, чуть сам себе подзатыльник не отвесил, вот о чем, спрашивается, думал, придурок, тиская при любимой девушке другую?

Да, я к ней отношусь как к другу, но мышка-то откуда должна это знать? Говорю же: идиот!

Хотя, мне кажется, ее слезы не только из-за детки. На нее тоже свалилось слишком много за последние сутки. И она — молодец! Все стойко перенесла, сорвавшись лишь под конец дня.