От Лукова с любовью

Но я ничего не могла поделать с ним. Возможно, я смогла бы. Мне надо было постараться.

– Я не забыла об этом, – сказала я ей, стараясь не обращать внимания на напряжение, возникшее где-то посередине моего тела. – Я могу присмотреть за ними.

– Ты уверена? Потому что…

Я попыталась улыбнуться ей. Я попыталась сказать ей, что я люблю ее, и – да, ее детей я тоже люблю. Я сделала бы для них все, что угодно. Но вместо этого я сказала так мягко, как только могла: – Да. Безусловно. Я могу присмотреть за ними.

– Мы тоже можем присмотреть за ними, – подал голос Джоджо.

Я бросила на него взгляд.

– Нет. Я могу посидеть с ними. Найди своих собственных племянницу и племянника.

Джоджо закатил глаза и повернулся к Постреленку.

– Я могу присмотреть за ними в любое время, Руби. Нет нужды, чтобы их воспитанием занимался дьяволенок.

– Ты действительно хочешь, чтобы Бенни просыпался от того, что его станет будить Шрек-младший? – спросила я сестру, окидывая брата взглядом.

– Я среднего роста, – заявил Джоджо.

– Разумеется, бука, – ответила я, искренне улыбаясь ему.

Джонатан решил почесать лоб. Средним пальцем.

– Вы двое, не прекратить ли вам? – наконец со вздохом сказала мама.

– Джоджо, ты правда не похож на Шрека, – добавила Руби. – Скорее, я думаю, на ослика Данки.

Джонатан только захлопал глазами, глядя на нее, прежде чем скользнуть взглядом по мне и сказать:

– Нет ничего хуже твоего влияния.

– Маменькин сынок.

Мой брат посмотрел прямо на сидящего рядом со мной Ивана, опять поднеся средний палец ко лбу – разумеется, для меня, – и сказал:

– Иван, если ты случайно споткнешься и упадешь, когда будешь делать с ней поддержку, ни один из нас не станет винить тебя.

Мое колено ощутило прикосновение бедра, а спустя секунду – ладони, которую я очень хорошо знала.

– Я буду иметь это в виду. Возможно, во время показательных выступлений после мирового первенства, – предложил мой партнер.

И я не смогла даже рассердиться или расстроиться.

Глава тринадцатая

– Тебе не нужно идти со мной, – сказала я Ивану, когда мы вышли из его машины. Я неосознанно потирала странно покалывающее горло, беспокоившее меня весь день. Я ругала себя за то, что оставила свою бутылку с водой в машине и у меня не было возможности вернуться и взять ее, иначе я навлекла бы на себя гнев Нэнси Ли.

Он фыркнул и, клянусь Богом, закатил глаза.

– Я уже сказал, что пойду.

– Я знаю, умник, но ты еще можешь вернуться.