Освобожденный

Провозился минут пять, пока облачил девушку в нее. Пока одевал девушку, внимательно ее рассмотрел, да, она действительно была худой, ребра и ключицы торчали и портили впечатление. Но в остальном она была прекрасна, идеально белая кожа, даже синяки не мешали. Спокойное расслабленное лицо, губы бантиком, из уголка которых тянулась тоненькая струйка крови, синяк под глазом. Длинные волосы девушки прикрывали небольшие груди, Миха непроизвольно глотнул, да, несмотря ни на что, эта девушка ему точно нравилась. Поправив куртку девушки, Миха провел рукой ей по волосам и присел рядом.

Вопрос стоял – быть или не быть? Быть ли этим уродам живыми или умереть здесь и сейчас. Все нутро Михи кричало: кончай уродов! Было бы это на Земле, Степнов бы уже давно обобрал тварей и смылся, не задумываясь. А вот Миха Лыч требовал смерти этим тварям, изувечившим явно уже не одну девушку, а возможно, и убивавшим. Ведь этого здесь не афишировали, только слухи ходили.

– Что же делать? – задался Миха вопросом. – А если их будут искать? И? – Миха встал, прошелся от стены к стене.

 – Чо? А ничо! – Миха улыбнулся и сделал вызов, собираясь ждать долго, но соединение прошло буквально сразу.

– Чем ты хочешь порадовать меня в столь поздний час, уважаемый? – ответил Назиб.

Миха рассказал ему все, что произошло, в подробностях и задал свой вопрос:

– Назиб, как быть?

– А у тебя самого есть варианты?

– О да! – воскликнул Миха. – Я бы их кончил, Назиб, и без жалости.

– Уточни мне свое местоположение на уровне, – сказал Назиб.

Миха скинул картинку плана и стал ждать. Через пару минут Назиб произнес: – Эта зона не используется с момента освоения базы, планов на ее использование в ближайшее время нет. Ты же техник. Спрячь их в технический канал, подальше. Найдешь куда, и все дела. Да, и чтобы вопросов совсем никогда не возникло, выстрел из станера на полной мощности в затылочный нейрошунт нейросети. Нейросеть выгорит, и концов нет.

– Спасибо, Назиб! Я твой должник!

– Какие долги между партнерами! До связи, – ответил Назиб и отключился.

– Ну, и где моральные угрызения? – произнес Миха, рассматривая обездвиженную обнаженную девушку. – Я же ведь только что троих убил! Где муки совести? Или у меня уже нет?

После разговора с торговцем у Михи как камень с души упал. Мурлыкая себе под нос нехитрую мелодию, стал изучать все технические данные по этому участку тоннеля. Буквально через пять минут Миха нашел место, куда можно убрать, как он для себя назвал, этот человеческий мусор.