Осколки чужой жизни

Но больше всего боялась, что очередные беженцы просто оккупируют мой дом. И как я докажу право собственности? Документов-то никаких нет, а сейчас кто сильнее, тот и прав.

– Ты думаешь, что-то ещё осталось? – с сомнением протянул дед, пока я пережидала очередной приступ боли. Снова тихо выдохнула и сделала первый осторожный шаг к двери, ободряюще улыбнувшись доченьке.

– Мам, – шепнула она и тихо всхлипнула. – Мамочка, полежи ещё… Ты же совсем недавно очнулась. А вдруг снова…

Новый всхлип резанул по сердцу острым ножом.

– Тсс, тихо. Всё хорошо. Я уже практически здорова, – наклонилась, чтобы обнять девочку, тут же ткнувшуюся мне в живот. Пришлось снова прикусить губу, чтобы не вскрикнуть от боли.

Зажмурилась до звездочек в глазах, чтобы не расплакаться и медленно погладила Софи по голове. Как же я мечтала о собственном ребенке в той жизни? Сколько по врачам ходила?.. А потом и по святым местам и церквям, вымаливая милость. А потом вернулся рак, и пришлось снова сражаться за собственную жизнь.

Только в этот раз я проиграла. Хотя, возможно, и выиграла. Не знаю, кто подарил мне второй шанс, но использую я его на полную катушку. Даже если после случившегося с Нели, я не смогу иметь детей, одно чудо у меня уже есть. И я сделаю всё возможное, чтобы моё дите было счастливо и ни в чем не нуждалось.

А для этого надо все-таки добраться до дома и проверить тайник. Медленно, очень медленно мы добрались до выхода из дома. Во дворе на костре Рута варила похлебку из того, что смогли найти в огородах и подполах: где картошку завалящую нашли, где морковку.

А в некоторых огородах самосадом укроп вырос. Остальные соседи разбрелись по ближайшим незанятым домам в поисках провианта и одежды. Оккупанты отсюда эвакуировались в спешке, бросая вещи, а иногда и полные чемоданы. На кухню многие просто не успевали забежать. И в этом была наша удача: мародеры не успели прошерстить все дома.

– Нелька, – Рута, наконец, увидела нашу процессию. – Куда это ты собралась?

– Теть Рут, не начинайте, – попросила я вымученно.

 – Мне очень надо домой попасть. Объясню всё потом. Приглядите за Софи?

– Нет, мам, я с тобой, – тут же воспротивилась дочь, вжимаясь в мой бок ещё сильнее. Она вроде, как поддерживала меня с другой стороны, но больше мешала, путаясь под ногами.

– Смотри, Аннели, как бы кровотечение снова не началось, – покачав головой, предостерегла женщина. За что получила мой укоризненный взгляд.