Осень в Сокольниках

Кафтанов встал, открыл сейф, вынул папку и пистолет.

— Вот оружие.

Корнеев взял со стола пистолет.

— Ну что, сыщик, — прищурился Кафтанов, — что за оружие?

— Дурдом. — Игорь положил пистолет на стол. — Финляндия, Л-35, система Айми Лахти, калибр девять миллиметров, ударно-спусковой механизм со скрытым курком, боевая пружина расположена…"

"— Хватит, — махнул рукой Кафтанов. — Знаешь. Так вот, пистолет этот найден на прииске под Иркутском. Некие люди, напавшие на старателя Козлова, пытались отнять у него золото и предложили регулярно отдавать долю.

Прилетели они на вертолете, который был откомандирован в расположение лесного хозяйства и считался год как сломанным. Козлов оказался парнем крутым, уложил двоих, третий погиб при подъеме вертолета, который потом сел в излучине реки, видимо, орлы эти уплыли на лодке. Итак, провожу линию. «Антик» — Мауэр — золото. Надо работать по этой версии. Корнеев, утром летишь в Дагомыс, искать Борю Мясника. Логунов — в Иркутск.

Дверь в домик Вити Кола была открыта. Серый и Вова огляделись.

По утреннему времени вокруг никого не было, только где-то в гаражах надсадно лаяла собака.

Кол спал не раздеваясь, на столе стояла пустая бутылка «Лимонной», валялась скомканная пачка «Мальборо».

Серый подошел к дивану, рванул Кола, посадил.

— Ты чего?.. А. Кто?

— Ты кого, сука, послал в гараж к Мяснику?

— Ты чего. Серый.

Серый ударил его, коротко, без замаха.

Кол слетел на пол.

— Серый.

— Кому ты сказал, сука? Говори или.

— Звонков Женька привел парня солнцевского, он машину искал.

— Кто такой Звонков?

— У него гараж здесь.

— Ты, Кол, — Серый закурил, — опять в дерьме, потому что водка мозги твои отбила. Что же нам с тобой делать-то?

— Ребята, я бухой был, слышишь, Серый, бухой…

— Сейчас с нами поедешь.

Кол заплакал.

— Куда?

— Филин тебя видеть хочет.

— Серый, слушай, я тебе денег дам, наводку дам на квартиру, что хочешь сделаю.

— Ты мне денег дашь, — Серый засмеялся, — слышишь, Вова?

Тот молча кивнул: слышу, мол.

— А зачем мне деньги, Кол? Их у нас с Вовой на три жизни набрано.

Вставай, петух позорный, поехали к боссу.

Дачка у Филина была маленькой, терраса да домик в три окна, весь закрытый ползущими вверх хмелем и виноградом.

Славный был домик. Даже очень.

В таком бы жизнь доживать. Коротать тихую старость. Тем более участок больше гектара. На нем и лес, и цветник, и грядки с зеленью всякой.

От калитки к даче через кусты орешника легла дорожка, лавочка в кустах. Совсем чеховская, прямо из «Трех сестер».