Экзотеррика. Прорыв

Башенка достигала в высоту пяти метров, диаметр же у основания, утонувшего в иле, по оценке оператора, был больше десяти, и если бы не рога наверху, всё это зализанное конструкторской мыслью изделие вблизи производило бы впечатление выдавленной из крыши опухоли.

– Может быть, это и в самом деле кабинка лифта, как на крышах наших зданий? – снова предложил идею бортинженер корвета.

– Дождёмся рентгена… – начал Кадушкин.

– Зачем его ждать? Сделаем дырку неймсом и пролезем внутрь.

– Отставить дырки! – рыкнул на него капитан Сидоров.

– Я пошутил, – смутился Скуднев.

«Кенгуру» Кадушкина поднялся к верхушке псевдорубки, и люди разглядели наросты на ней, напоминающие закрученные и изогнутые рога из стеклистого материала. Скрученные дважды, вблизи они казались засохшими сучьями какого-то дерева.

– Перископы, – сказал бортинженер.

– Ох вряд ли, – усомнился Кадушкин.

– Антенны?

– И на антенны эти рожки не похожи.

– Подёргай за них, – посоветовал со смехом Скуднев.

Засмеялись в четыре голоса.

– Лучше постучи по обшивке, – посоветовала ксенопсихолог экспедиции Клавдия Полнова. – Если там есть живые пушистики, они откликнутся.

– Почему вы так уверены? – удивился Скуднев.

– Потому что лично я отозвалась бы.

– Это хороший аргумент, – прокомментировал начальник экспедиции.

– Я пошутила, Мирон Миронович.

– Да откуда им взяться, живым? – сказал навигатор. – Прошло столько лет.

– Нашлись же они на базе, погребённой под двухкилометровой толщей воды? Вполне может быть, что мы обнаружили какой-то древний производственный комплекс предков разумной нанопыли, и в нём тоже могут обитать потомки владельцев комплекса.

– Логично, – согласился Миронов. – Володя, попробуйте все варианты.

Чувствуя себя участником спектакля, Кадушкин постучал сжатым в кулак манипулятором аватара по кольцевому вздутию, охватывающему основание рога. Из-за большого давления – оно достигало двухсот пятидесяти атмосфер – все движения аппарата замедлялись, и громкого стука не получилось.

– Что вы возитесь? – воскликнул Скуднев. – Давайте вскроем эту консервную банку! Уверен, что внутри никого живого не осталось."

"– Если внутрь прорвётся вода, – назидательно проговорила бортинженер Вероника Зирка, – она повредит всё оборудование комплекса.

– Подумаешь, повредит.