Он уходя спросил

Безо всяких эмоций, но с неукоснительной справедливостью, они будут выносить государственные решения и судить преступников, учить и лечить, проектировать и конструировать, может быть, даже подбирать идеальные брачные пары.

– У меня только пять минут, – нетерпеливо сказал доктор. – Что вам нужно? Про уколы ничего добавить не могу. Без гемосольвентина ребенок в опасности. Если, конечно, до сих пор еще жив.

– Я пришел расспросить вас не о Даше, а о ее бабушке. Она ведь тоже ваша подопечная?

– Аграфена Абрамовна? – удивился Менгден.

– Меня не интересуют ее медицинские проблемы. Что вы думаете о ней как о человеке? Меня занимает личность, характер.

– Характер ужасный. Хуже, чем у младшей Хвощовой. Ипохондрия, мнительность, самодурство. Иногда мне приходится на нее покрикивать – тогда она на время притихает. А в общем весьма утомительная особа.

– Зачем же вы ее лечите? Профиль не ваш. Деньги, насколько я знаю, вам тоже не нужны.

Он подозрительно сощурился.

– А-а, вот оно что… Ведь вы, господин Уткин, какой-то большой полицейский начальник?

– Гусев. Я Гусев.

– Отвечу на ваш вопрос, если вы честно скажете мне, чем вызван интерес полиции к старой идиотке. Терпеть не могу, когда ходят вокруг да около. Вас ведь интересует не она, а тот, кто теперь всех интересует?

Я был удивлен.

– О ком вы?

– Так я и поверил, что вы не знаете.

– Да о чем?"

"– О том, что я лечу Распутина! – рассердился доктор. – Сыщики из Охранки вокруг него так и кишат. И, разумеется, докладывают обо мне.

– Уверяю вас, я понятия об этом не имел! Охранное отделение – совсем другое ведомство.

Кажется, Менгден понял по моему тону и выражению лица, что я не лгу. Во всяком случае щуриться перестал.

– Распутин мне любопытен. Очень любопытен. И Хвощову-старшую я пользую из благодарности.

– И что Распутин? Каков он? – не удержался я от вопроса, хотя к расследованию это никакого отношения не имело. В России все интересовались знаменитым «старцем», и я не был исключением.

– В медицинском смысле? – по-своему понял меня доктор. – Там признаки микроцитарной анемии и тромбоцитопении на фоне долгого злоупотребления алкоголем. Говорю об этом, потому что все газеты и так пишут о его пьянстве.