Он уходя спросил

Потом некто иссиня-бледный, с волосами до плеч, краше в гроб кладут, с обидой воскликнул: «От акмеиста слышу!».

С другой стороны через пестрое сборище навстречу нам так же неторопливо двигался хозяин, приветствуя гостей, говоря каждому пару слов, целуясь с дамами и пожимая руку кавалерам. Мне не понравилось, что каждый, кто был в маске, приподнимал ее, показывая свое лицо.

– Поторопимся, пока он нас не перехватил, – нервно сказал я.

Мы были уже у самой двери, когда сзади раздалось:

– Какой умопом’ачительный вы’ез! Кто вы, п’ек’асная Каллипига? С кем вы?

– Вы переборщили с нарядом, – процедил я.

Мари остановилась, а я тронулся дальше, будто меня это не касалось.

Но моего плеча коснулась рука. Покосившись, я увидел огромный алмаз, сверкавший на костлявом пальце.

– Ну-ка, ну-ка, кто это у нас?

Обернувшись, я опустил голову и обреченно прошептал:

– А вы угадайте.

Поскольку я оказался за спиной у Мари, мой взгляд остановился на ложбинке между ее ягодицами и не мог оторваться от этой картины, но мысль лихорадочно билась.

– Судя по фигу’е… – протянул Зибо, глядя на меня снизу вверх (вблизи он оказался низкоросл и субтилен). – Макс, это вы?

Я вспомнил, что читал где-то, будто основатель династии Бобковых, дед этого изломанного хлыща, пришел в Санкт-Петербург в лаптях. Как же быстро скисает русский квас, если насыпать в него медных монет…

– Нет-нет, вы – Мейей’хольд.

– Холодно, – просипел я и слегка толкнул Мари в спину: выручайте!

– П’аво, я те’яюсь, – улыбнулся Кащей и протянул руку, чтобы приподнять мой колпак.

Мари шлепнула его по запястью:

– Даю подсказку. «Дворняжкой не был у бобковых он отродясь, чай не таковский».

– А-а, это вы, enfant terrible! – засмеялся хозяин. – «Я люблю смот’еть, как уми’ают дети». Это де’зко и талантливо. Ну, а ваша ‘усалка кто?

– Та, кто может утянуть на дно.

Мари оплела меня руками, положила голову на мое плечо.

Зибо поднес к губам зеленую прядь ее фальшивых волос, поцеловал.

– Лучше утяните меня. Я совсем не п’очь быть утопленным вашими ‘учками.

Я издал угрожающее рычание – на мой взгляд, грубиян-футурист повел бы себя именно так. Схватил Мари за плечо и уволок прочь.

– Вы слышали, что он сказал про детей? – шепнул я ей на ухо. – Невероятно!

Она ответила:

– Как раз вполне типично.