Он тебя не любит(?) (СИ)

Дед Мороз проигнорировал Эву, и на следующий год она составила очень длинное письмо, где обстоятельно описала, почему ей нужен папа, даже не столько ей, сколько маме. На этот раз письмо исчезло из морозилки сразу же, и снова ее слезная просьба осталась без ответа.

Эва предприняла еще одну, последнюю попытку объяснить Деду Морозу, что если он будет упорно ее игнорировать, она просто перестанет в него верить. Новый год наступил, а папа так и не объявился, и Эва больше писать не стала. Ни писать, ни верить.

Ямпольский рассказал Эве историю их связи с Эвиной мамой, не отношений, не встреч, а именно связи, непродолжительной, поспешной и полностью им позабытой.

Он не старался себя выгораживать, не пытался оправдываться, а жестко и хлестко, не выбирая выражений, излагал очередность событий, а Эва ревела, не в силах остановиться, потому что было невыносимо больно за маму. Добрую, нежную и, как она теперь понимала, безнадежно влюбленную.

Арсен ее не утешал, она сидела на кровати, обхватив себя руками, а он сидел напротив, продолжая говорить, выплескивать из себя слова, ничего не смягчая и не скрывая.

Да, понравилась девушка, да, у них был секс, да, она не возражала. Оказалась девственницей? У всех бывает впервые, не стоит из этого делать трагедию.

В то время Кира училась в одном из столичных институтов и вместе с подружками-одногруппницами снимала квартиру. Стоял самый конец лета, девочки еще не съехались с каникул, а она, наоборот, никуда не уезжала, потому что устроилась на подработку в ресторан.

Арсен и братки из его бригады пересеклись в этом ресторане с конкурентами, началась перестрелка, в ходе которой в живых остался он один, потому что Кира спрятала его в подсобке.

Затем они сбежали к ней домой, Арсен пробыл у Киры несколько дней, пока не улеглись волнения, и ушел, оставив на прощание самое верное и действенное напоминание о себе. Эву. Конечно, он не назвался настоящим именем.

— Я не хотел создавать ей лишних проблем, Эва, меньше знаешь, лучше спишь.

Иметь ко мне какое-либо отношение на тот момент было небезопасно, я же не совсем скот, просто видел, что девочка хорошая, рядом со мной ей не место. И предохранялся, по крайней мере, так думал…

И Эва снова вытирала слезы, которые текли без остановки. Для Ямпольского Кира Казаринова была проходным эпизодом, случайным, пусть и приятным времяпрепровождением. А она влюбилась, теперь Эва понимала почему, и почему так часто вспоминала и говорила ей об отце.