Охотник

Я на миг задумался, потом повернулся в сторону соседнего дома, посмотрел на майора, потом опять на соседний дом и удивленно спросил, ткнув в тот большим пальцем:

– У Тамары Николаевны?!

– Да. Брали недавно.

– Это, наверное, когда я к столяру ездил за садовой мебелью… М-да. Бывает же такое. Успел что сказать?

– Да. Сразу полилось, успевай только записывать.

– Последняя девочка какая по счету? – тихо спросил я, глядя на новенькую столешницу и ковыряя ногтем зашкуренный сучок.

– Шестнадцатая, – так же тихо ответил майор.

– Нелюдь он и есть нелюдь! – зло хлопнул я ладонью по столу.

Я сам был не подарком, но это уже совсем край. Дети для меня святое, я их никогда не трогал, поэтому когда ловил подобных выродков, мучил с особым остервенением, повторяя раз за разом, за что отпускаю им грехи.

«Нет, надо будет активизировать работу по этим ублюдкам. Сколько сейчас активно работает? По-моему, осталось трое, значит, займемся ими в первую очередь. Каждая их жертва на моей совести!» – подумал я. Проблемой было только то, что ближайшие регионы я подчистил.

Если бы я знал, что Валера Ткач, а тут работал именно он, кроме Брянщины повеселился еще и на курорте, я бы его, конечно, перехватил, и девочка осталась бы жива. Но, к сожалению, этой информации в моем архиве не было.

– Начальство уже доложило в Москву, дошло до самого товарища Хрущева. Реакция последовала неоднозначная. Следствие вести в закрытом режиме, до общественности не доводить. Суд будет закрытым.

– Ну, это понятно. Я даже догадываюсь, какое будет решение суда по приговору.

– Кстати, откуда ты узнал про «Брянского мясника»? Ведь ты, кроме Киева и Москвы, нигде не был.

– Что, уже пробили, да?

– Работа такая, – слегка развел сложенные перед собой руки майор.

– В Киеве я работал с архивами. Это дало мне возможность проанализировать и разобрать систему действий некоторых маньяков, начиная с царских времен. В Москве посмотрел сводки за последний год.