Охотник

– Ага, значит, мстили за провал во Франции.

– И за него тоже, – кивнул полковник. – Я читал твое личное дело. Не то, что ты таскал из архива, а настоящее. Так вот хочу напомнить тебе о том случае, когда ты гонял оуновцев и случайно вскрыл штаб-квартиру, перепутав корпуса домов.

– Было такое, – согласился я.

– Это были британские шпионы, частично они сдали своих агентов при допросах, да и мы устроили радиоигру, когда они согласились сотрудничество. Правда, через два месяца те оборвали связь, видимо догадавшись о дезинформации.

– Американцы помогли? – заинтересовался я.

– Нет, свой агент.

– Тобольский?

– Стругов, – спокойно ответил полковник. – Он смог получить доступ с помощью своего недалекого начальника к французскому делу двухлетней давности, выяснил, кто там участвовал, и докопался до твоего дела. До того самого, что ты читал. А в нем было указано об операциях на Западной Украине и о захвате штаб-квартиры. Полковник заинтересовался и, потянув за эту ниточку, раскрыл тебя.

– А как? Стругов к моменту минирования полсуток как был мертв.

– Машина полковника, пробив ограждение, улетела в канал. Тело так и не нашли.

– О как? Эвакуировали подставившегося агента?

– Мы тоже так думаем, поэтому его ищут. Давай я продолжу рассказ. Значит, приказ был отдан завербованным подкупленным и законспирированным агентам, именно в такой терминологии, и их людям из остатков бандеровцев.

– Так вот почему такая несогласованность действий, – понял я.

– Да. Гранаты под машину заложил бандитский подрывник с Галитчины. Именно поэтому они так и лопухнулись. Не знали они, как потом выяснилось, о твоем отлете. Только адрес. А другие ликвидаторы ждали тебя здесь. Причем ладно бы кто попроще, офицеры контрразведчики оказались.

– Не штабисты это были, силовики, сто процентов, – задумчиво протянул я.

– Да. Капитан и два старших лейтенанта. На чем их завербовали, уже выяснили, но тебе это знать ни к чему. Одним словом, из-за случайности начался бой у вас на улице.