Охотник

Обещал доставить завтра рано утром. Сервис, однако.

– Пошли, – махнул я рукой, после того как закончили с фотографом. – Послушаем, что там поёт местная эстрада. И можно лягушек пожевать, а то что-то есть хочется.

– Фу, мерзость, – сморщился Андрей. Роман промолчал, но было видно, что он поддерживает товарища."

"– Да она как курица по вкусу, разница не заметна. Приедете домой, можете ввернуть как-нибудь такую фразу: «Я как-то в Париже ел лягушечьи лапки, устрицами заедая, так вот они – как мясо курицы. Разницы не много…» Сразу будете ослеплены вниманием.

– Да иди ты, советчик, – усмехнулся Андрей, видимо представляя себя в подобной ситуации. – А что, эти лягушки по вкусу действительно как курицы?

– Французы считают, что даже лучше, их поэтому и прозвали лягушатниками, – продолжал развлекаться я. Доверчивые спутники уже не раз повеселили меня.

Мы шли в сторону приближающейся музыки, до нас даже стали доноситься отдельные слова песни.

– Не похожи они на профессиональных певцов, больше на самообразовавшуюся группу энтузиастов, – сказал я, вслушиваясь в репертуар.

– Я в музыке не особо разбираюсь, тебе виднее, – ответил Роман. Андрей в это время воспользовался тем, что я отвлекся, разглядывая музыкантов, отошел в сторону передвижного киоска с мороженым и на пальцах, лицом и словами пытался объяснить, что он хочет три пломбира.

– Спасибо, – поблагодарил я, принимая подтаявший пломбир. – Андрюх, твоя мимика была настолько интересна, как и пантомима на пальцах, что даже я понял, что ты хочешь, не только продавец. Но вот говорить по-русски при этом громко и растягивая слова, вставляя в конце: «Ты-ы меня-я по-ни-ма-ешь?» – не нужно. Мимика вполне подойдет.

– Я осваиваюсь, – смущенно ответил Андрей.

– Ага. Только я с вами умру до конца работы. От смеха умру, – на всякий случай уточнил я.

Мы дослушали очередную тоскливую песенку, что выводил солист, потом основная группа спустилась отдыхать, а барабанщик, чтобы заполнить паузу, дал барабанную игру. Причем на удивление приличного качества.