Охотник

Вы сами тут вообще что делаете? Кто бандеровцев отлавливать будет?

– Так все уже, командир. Местные переняли наши методы и действуют вполне успешно. Отряд расформировали, и все офицеры получили новых бойцов, теперь они в роли командиров, сами тренируют подобные отряды. Пятерых, считая нас, отправили в Москву, причину и куда, уж извините, сказать не можем. Пограничники выпросили трех бойцов инструкторами, дали.

– Понятно. Значит, пошли мои наработки дальше, – задумчиво протянул я."

"Остальной путь мы ехали молча, пока не прибыли на Лубянку.

Охранник открыл ворота, и мы въехали во внутренний двор. Потом меня провели в здание и через длинные коридоры и лестницы довели до кабинета председателя КГБ СССР Семичастного. Сдав меня секретарю с рук на руки, бойцы кивнули, прощаясь, и покинули приемную.

Ожидать пришлось почти сорок минут, потом зазвенел звонок. Секретарь снял трубку и пригласил меня проходить. Встав с дивана, я поправил одежду и строевым шагом прошел через двойные двери в кабинет председателя.

– Здравия желаю, товарищ генерал-полковник.

Оторвавшись от бумаг, что он изучал, председатель посмотрел на меня поверх очков, потом откинулся на спинку сиденья, неторопливо снял очки, положил их на стол и велел:

– Садись. – Как только я отодвинул стул и сел за длинный стол, председатель спросил: – Знаешь, почему я тебя вызвал?

«Это меня так вызвали? Интересно, как же тогда приводят задержанных?» – мысленно хмыкнул я, но ответил быстро:

– Никак нет.

– Без чинов.

– Не знаю, Владимир Ефимович. Может, узнать подробности той истории, что произошла на телеграфе в Сочи семнадцать дней назад?

– И это тоже, – встав, ответил генерал. Подойдя к окну, он продолжил. – Нет, вызвал я тебя по другой причине. Как ты понимаешь, на политической арене мы ведем схватку с государствами, которые, скажем так, относятся к нам предвзято. Где можем, мы показываем наш профессионализм и пытаемся противостоять пропаганде Запада.

Вот, например, один из таких случаев. Во Франции действует маньяк… Хм, по твоей терминологии, которая стала неофициально основной, это серийный насильник-педофил и серийный убийца, относится к классу серийных маньяков. Его не могут поймать вот уже шесть лет, хотя французские полицейские привлекали лучших своих сыщиков. Им помогали сыщики из Америки, опытные детективы из нью-йоркской полиции, однако как написано в газетах, они облажались.