Двое среди руин

Пришлось их перевязать бечевой, но, даже так, она выглядела куда лучше, чем в том жутком и пропахшем вонью, рубище. Может, ей и не по силам тягаться со многими королевами красоты, но, во всех движениях девочки-подростка, проступала такая грация и изящество, какой я не встречал ранее никогда! Когда она улыбалась — это случалось не часто! — то, словно расцветала… Я предвидел, что, лет через пять, она станет невероятно очаровательной женщиной. В первые дни нашего пути от Наты исходил тяжелый запах давно немытого тела — я притерпелся к нему, но она сама, завидев, как я иногда отворачиваюсь, быстро уловила причину.

До посинения пыталась отмыться в первой попавшейся луже, пока я не оттащил ее, чуть ли не силой. Обнимая хрупкое тело, я испытывал чувства, передать которые сложно… Это была одновременно и забота, и защита, и что-то иное, что оформилось несколько позднее. Я осознавал, что думаю о ней, не только как о спасенном мною человеке, а, прежде всего, как о женщине. Очень юной, маленькой и смелой, сильной и слабой. Но, прежде всего — женщине…

Похоже, и сама Ната понимала это — но ни единым словом или жестом, не выдала этого знания, предоставляя событиям идти так, как уже запланировано самой судьбой.

Оказавшись на знакомой и более близкой мне территории, я перестал волноваться о будущем. Кроме того — уже не вскидывался на каждый шорох. Это давно исхоженная земля, где, по моему мнению, уже не должно быть неожиданностей. И, кроме того, я теперь не один. Постоянная спешка не давала времени это понять до конца — лишь сейчас я стал задумываться о том, что, все-таки, произошло… Как оказалось, это пришло в голову не только мне.

— Дар, мне кажется, я стала понимать, что меня ждало там, внизу. Я дурочка, да?

— С чего вдруг?

— Ну, а как иначе? Можешь не верить, но там, я не думала о смерти — да и представляла ее совсем не такой. Трупы повсюду, один на одном, сгоревшие, раздавленные, утонувшие… Я тысячу раз могла оказаться среди них! Но тогда я даже не боялась! А теперь, когда прошло всего несколько дней — вспоминаю об этом озере с ужасом и страхом.

Почему так?

— Это… Как тебе сказать? Последствие шока. Мы оставили за собой бездну, а в ней — часть твоей прошлой жизни. Когда ты находилась на островке — ты не думала ни о чем, кроме выживания. Сейчас — можешь посмотреть на саму себя. И, хоть это звучит с некоторым подтекстом — с высоты.

Ната кивнула:

— Я понимаю… С высоты — это верно.