Огнедева

Никто не спал до глубокой ночи. Прямо на берегу разложили костры, чтобы было светлее, дружины поочередно несли дозор, ожидая, не вернется ли русь. До самой ночи Милорада с дочерью перевязывали раненых: женщин в Ладоге осталось мало, и многие из мужчин помогали им. Неожиданно полезными оказались пленницы Вестмара: все они до единой умели перевязывать раны и ухаживать за больными и работали без устали, не присев, пока не покончили с самыми неотложными делами.

Но и потом отдохнуть толком не удавалось. И гостиные дворы, и клети, и все жилье было забито; мужчины то ели, то пили, сменяя друг друга на лавках, и без умолку обсуждали битву, стараясь угадать, что будет дальше.

— Я его узнал! — кричал не остывший после битвы Вестмар, еще не сняв стегача и не выпив воды. — Клянусь Одином, я его узнал! Это он, Иггвальд конунг из Уппланда! Тот самый, что продал мне этих женщин! Его нельзя не узнать, я же видел его совсем недавно, я разговаривал с ним вот как с тобой, Дамгест! Это он! Вот зачем он спрашивал у меня, ездят ли еще торговые люди по Восточному пути! Он хотел знать, есть ли тут чем поживиться! Он поторопился и обманул сам себя! Тут нет пока никого, кроме меня! А чтобы ограбить меня, ему не надо было следовать за мной через Карьяльские заливы, он мог сделать это еще там, на Бьёрко!"

"— Есть и кроме тебя варяги, — воскликнул Вольга, позже услышав то же самое, поскольку только об этом Вестмар и говорил весь вечер.

— Не меня?

— Нет вроде. А как, ты говоришь, этого змея зовут?

— Иггвальд конунг, Иггвальд сын Хали. Он свей с восточного побережья. А этих пленниц он отбил у Агнара конунга из Блекинге, когда встретил его в море, победил и забрал себе всю его добычу, два корабля и остатки дружин. А еще в Бьёрко говорили, что он в прошлые годы прошелся вдоль Северного пути и там ограбил несколько фюльков…

— Постой! — Вольга запустил руку себе в волосы.

— Иггвальд! — повторил Домагость. — Может быть, что это и он. А зачем он его ищет? Он ему не родич?

— Да нет, я так понял… Скорее, он враг ему! Так это что же получается… — сообразил Вольга. — Если наш, тамошний, враг этому, здешнему… Игволоду.