Одержимость Грешника

Но следователь? Как он только додумался открыть свой рот и предложить ей ЭТО?

—

— Что ты сказала? — переспросил я, сведя брови вместе.

— Переспать мне с ним предлагал, если у меня нет денег, чтобы Пашу выкупить, — ответила Тая. — Угрожал посадить и меня, оставить ребёнка сиротой, если я не приеду к нему сегодня вечером. Вот я и спрашиваю — идея твоя или нет?

— Он прикасался к тебе?

Не дай бог она скажет, что он к ней приставал.

Уничтожу.

— Нет, но был очень настойчив на словах.

Я задумался. Теперь так просто не поедешь к нему.

— Я в душ, — сказал я ей и отправился в душ.

На скорую руку ополоснулся, вытерся полотенцем и как есть пошёл обратно в кровать. Теперь надо поспать, завтра рабочий день. Точнее, уже сегодня — часы показывали два ночи."

"Тая опустила глаза, пока я шёл к кровати без одежды.

— Ты стесняешься смотреть? — спросил я.

Она не ответила, лишь нервно брови вздёрнула и продолжила обнимать свои колени.

— Ты в душ пойдёшь?

— Да, — подняла она голову.

— Я дам тебе свою футболку. Пойдёт?

— Да.

— Хорошо. Иди в душ. Я пока найду футболку.

— А можешь мне её в ванную принести?

— Тут наденешь.

Она кинула на меня острый взгляд.

Да, всё правильно поняла — я хочу на тебя посмотреть ещё. Даже если это себе же боком выходит — реакция тела не заставит себя ждать. Но всё равно хочу.

— Иди.

Пока Тая плескалась в моей душевой кабине, я достал из комода одну из чистых белых футболок и положил её на подушки, которые перед этим взбил.

Улёгся в постель. На её подушку. Потянул носом.

Чёрт, пахнет ей! Я узнаю её сладковатый нежный запах везде.

Тая осторожно вышла из ванной комнаты, словно опасаясь кого-то, и, завернутая в полотенце, стала искать глазами футболку.

— Вот она, — указал я на предмет своего гардероба рукой.

Тая пошла к ней, но как только поравнялась со мной, я ухватился за край полотенца и дёрнул вниз.

Глаза красавицы округлились, и она прикрылась руками.

— Лёш… Ты что делаешь?

— Полотенце тебе не шло.

Она цокнула языком.

— Голой лучше, да? — съязвила она, прикрывая руками самые лакомые для меня части тела. Хотя нет — для меня она сладкая вся, от корней волос на голове до кончиков пальцев на маленьких ногах.

Я хмыкнул. Обожаю её подколки. Но прощаю их только ей.