Очень большой лес

– Ближе! – азартно выкрикнул Редошкин.

Максим вознамерился подвести байк вплотную к дрону, но ощутил порыв ветра: струя воздуха, насыщенная подзабытыми запахами африканских джунглей, била почему-то сверху вниз, – прислушался к тишине леса, раскинувшегося на сотни и тысячи километров, и отказался от намерения.

– Ну, что же ты? – удивился Редошкин. – Давай посмотрим, что за чудо вылезло с небес.

– Видишь, как он висит?

– Ну?

– Винты не работают, а он висит и не падает. А из брюха тянется паутинка…

– Вижу.

– И ещё ветер.

– Вот и узнаем…

В затылок толкнулась какая-то смутная мысль, объясняющая феномен беспилотника, висящего в полутораста метрах над землёй с отключёнными винтами.

– Нет, Жора, бережёного бог бережёт. Что-то здесь не так!

– Стрельни в пуповину, он упадёт на землю.

– Что-то здесь не так, – повторил Максим, наблюдая за «привязанным к небу» аппаратом. – Давай помашем руками, чтобы нас заметили.

– Кто?

– Камеру не зря повернули таким образом, чтобы она смотрела со спины дрона вниз.

– Как это возможно?

– Кто сказал – нет?

– Ладно, как скажешь.

Оба замахали руками.

Максим крикнул изо всех сил:

– Мы здесь! Всего пятнадцать человек! Заберите нас!

В следующее мгновение дрон качнуло с боку на бок, он медленно поплыл вверх и исчез, преодолев метров тридцать. Будто растаял в воздухе, как привидение, вместе с вытягивающей его пуповиной.

– Молотком по пальцу! – выдохнул Редошкин.

Максим не обратил внимания на реплику лейтенанта, отпустив сознание на свободу и ныряя в океан «тонких энергий и ощущений», пронизывающий все живущие и растущие создания этого мира. Название океана не имело значения, ни одно из человеческих понятий и обобщений типа «астрал» или «ментал» не охватывало весь спектр его характеристик, но человек, сумевший подключиться к нему, получал в своё пользование великолепный инструмент восприятия Вселенной и мог научиться многое предвидеть.

Струя воздуха, создающего локализованный поток ветра с неба на землю, с исчезновением беспилотника дуть не перестала. И снова шепоток интуиции, поддержанной красноречивым молчанием леса, подсказал Максиму, что чудеса на этом не закончились. Появилась реальная надежда на изменение положения попаданцев.

– Командир, это нечестно! – расстроился Редошкин.

– Ещё не всё потеряно, Жора.